Основные принципы организации систем управления коалиционных группировок войск по опыту современных военных конфликтов

НАУКА И ВОЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ № 3/2006, стр. 13-17

УДК 623.618

Полковник А.В.АЛЕХНОВИЧ,

начальник управления

Научно-исследовательского института

Вооруженных Сил Республики Беларусь,

кандидат военных наук

Анализ военных конфликтов конца прошлого и начала текущего столетия свидетельствует о приверженности руководства стран НАТО к использованию коалиционных группировок войск для достижения своих политических целей [1-8]. Поэтому не случайно подходы к созданию и применению коалиционных сил изучаются и принимаются во внимание военными специалистами различных стран мира. Этот опыт полезен и для специалистов Республики Беларусь и Российской Федерации, что связано с актуальностью вопросов создания и совершенствования региональной группировки войск (сил) (далее - РГВ (с)) двух государств.

Из всего многообразия проблем подготовки и ведения операций все больший интерес вызывают вопросы управления коалиционными группировками войск, так как в последнее время значительно возросло влияние эффективности управления на ход и исход вооруженной борьбы.

В данной статье, на основе изучения военных конфликтов последних лет, выявлены основные принципы организации систем управления коалиционных группировок войск. Проверенные в ходе ведения боевых действий они имеют несомненную ценность как для военной теории, так и для практики войск.

Анализ военных конфликтов в Кувейте, Ираке, Югославии и Афганистане [1 - 8] показал, что, несмотря на некоторые отличия в организации систем управления группировками войск, имеются некоторые общие подходы. К ним можно отнести:

заблаговременное, значительное по продолжительности развертывание системы управления;

создание совместных (координационных) органов управления;

создание и использование органами управления единой системы информационного обеспечения;

высокая степень автоматизации процессов управления на всех уровнях управления.

Так, для анализа особенностей развертывания системы управления в прошедших военных конфликтах рассмотрим временные показатели периода военной угрозы и проведения военного конфликта, представленные в таблице [1 - 3, 5-8].

Анализ данных таблицы показывает, что период военной угрозы никогда не заканчивался достижением поставленных руководством страны (стран) агрессоров политических целей, которые достигались исключительно в результате применения: ударных группировок ВВС и ВМС стран коалиции (военные конфликты в Ираке - 1998 г., Югославии - 1999 г.); ударных группировок ВВС, ВМС и сухопутных войск (военный конфликт в зоне Персидского залива - 1990 - 1991 гг.), а также могут быть достигнуты после завершения активных боевых действий (военная операция в Афганистане - 2001 г., военный конфликт в Ираке - 2003 г.) в заключительном периоде. Военному конфликту всегда предшествовал период военной угрозы, характеризующийся высоким накалом политических разногласий и активной непосредственной подготовкой к боевым действиям. Анализ [1 - 8] показал, что процесс организации системы управления коалиционными войсками, как правило, начинается после принятия решения высшим руководством страны (стран) агрессора на достижение политических целей военной силой и завершается до начала военного конфликта. Таблица Временные показатели периода военной угрозы и проведения военного конфликта

При этом до начала развертывания коалиционных группировок войск основные мероприятия по организации системы управления завершаются. При развертывании войск, а в некоторых случаях и при начале военного конфликта продолжается совершенствование системы управления. Следовательно, на организацию системы управления коалиционными группировками войск, по опыту современных военных конфликтов, отводилось от шести с половиной до двенадцати месяцев, что не менее чем в три с половиной раза превышает продолжительность боевых действий ударных группировок войск. Исключением из этого правила является военная операция «Несокрушимая свобода» (Афганистан с 2001 г.), когда продолжительность действий ударных группировок войск превышало продолжительность периода военной угрозы. Это подтверждает приверженность в большинстве случаев руководства стран коалиции принципу заблаговременной, основательной подготовки и опережающей готовности системы управления по отношению к готовности войск. Следует отметить, что продолжительное время создания системы управления обусловлено различными причинами, связанными, в том числе, и с решением дипломатических и юридических вопросов, созданием совместных органов управления, размещением пунктов управления на территории сопредельных с районом боевых действий стран, а также организации совместного использования имеющихся средств управления.

Особенности создания совместных (координационных) органов и пунктов управления рассмотрены на примере операции «Несокрушимая свобода» (рисунок 1) [6].

Для проведения этой операции были задействованы следующие органы управления: высшие органы управления США; высшие органы управления других стран коалиционной группировки войск; командование объединенным центральным командованием (ОЦК) ВС США; командование сухопутными войсками (СВ); командование силами специальных операций (ССО); командование многонациональным объединенным оперативным формированием (МООФ); командование ВВС; командование ВМС. При этом для согласования вопросов планирования и привлечения к боевым действиям контингентов вооруженных сил других стран при штабе ОЦК ВС США был создан коалиционный координационный центр (ККЦ), куда вошли офицеры связи с национальным военным руководством Великобритании, Франции, Италии, Турции и других государств.

В ходе подготовки и ведения операции взаимодействие и управление осуществлялось в следующих контурах.

Высшее руководство стран коалиции образовывало контур взаимодействия для решения общих вопросов подготовки и проведения операции.

Для осуществления совместного руководства коалиционной группировкой войск были созданы следующие контуры управления:

высшее руководство США - командующий ОЦК ВС США, который осуществлял непосредственное управление коалиционными силами;

высшее руководство других стран коалиции - представители этих стран в ККЦ при штабе ОЦК ВС США.

Для непосредственного управления коалиционными войсками командующий ОЦК ВС США через штаб образовывал контуры управления с командующими СВ, ССО МООФ ВВС и ВМС.

Управление СВ коалиционных сил в ходе операции осуществлялось командующим СВ через штаб СВ в Форт Мак-Ферсон (штат Джорджия) и передовой пункт управления (ППУ) в Кэмп-Дауха (Кувейт) [6]. Для управления группировками сухопутных войск в Кувейте, Катаре и Саудовской Аравии были развернуты соответствующие пункты управления. Управление частями и подразделениями специального назначения ВС США, размещенными в странах Юго-Западной Азии, было возложено на командующего ССО (штаб на авиабазе Мак-Дилл, штат Флорида). Непосредственно в зоне проведения операции были развернуты ППУ командования сил специальных операций ОЦК ВС США в Бахрейне и пункты управления передовых групп ССО в городах Кандагар и Баграм.

Для организации взаимодействия наземных и воздушных сил, а также для повышения точности наведения на цели и применения боевой авиации в масштабе времени, близком к реальному, были развернуты группы управления действиями авиации (ГУДА) на пунктах управления оперативно-тактических групп в городах Баграм и Кандагар. В их состав вошли представители ВВС и СВ, которые на основе данных от различных средств разведки формировали полетные задания и наводили на цели ударную авиацию (в том числе стратегическую) в соответствии с целеуказаниями командиров оперативно-тактических групп, что позволило значительно сократить цикл управления ударной авиацией.

Управление ВВС осуществлялось командующим через штаб ВВС (авиабаза Шоу, штат Южная Каролина), штабы частей и подразделений ВВС, размещенных на территориях стран Ближнего Востока и Центральной Азии. Основным органом управления ВВС ВС США являлся центр управления воздушными операциями (ЦУВО), развернутый на ППУ ВВС в г. Эль-Хардж (Саудовская Аравия), который осуществлял:

автоматизированные сбор и обработку информации от различных источников (разведывательного управления министерства обороны США, стратегических разведывательных самолетов U-2, самолетов ДРЛО и управления Е-3 различных модификаций системы AWACS, самолетов Е-8С системы радиолокационной разведки и целеуказания «Джистарс», беспилотных летательных аппаратов «Глобал Хок», «Предатор-А», а также от наземных разведывательных и радиолокационных систем);

многовариантное планирование боевого применения авиации с учетом действий наземных войск при участии союзников;

моделирование до 1500 полетных заданий при интенсивности до 3000 самолето-вылетов в сутки.

По степени автоматизации процессов управления совместными действиями разнородных сил ЦУВО был наиболее технически оснащенным органом управления в структуре управления ОЦК ВС США.

Управление стратегической бомбардировочной и военно-транспортной авиацией ВВС США осуществлялось как с территории США, так и с ППУ, развернутых на территории ОАЭ, Бахрейна, Катара, Омана, Кувейта, Узбекистана, Таджикистана, Киргизии.

Для непосредственного управления компонентами видов ВС США и воинскими контингентами других стран было создано многонациональное объединенное оперативное формирование (МООФ) под управлением командира 18-го воздушно-десантного корпуса СВ США. Командованию МООФ были переданы в оперативное подчинение группировка сухопутных войск ССО, силы и средства ВВС и ВМС США, воинские контингенты других стран, а также подготовленные с помощью специалистов ВС США подразделения правительственных войск Афганистана. На рисунке 2 представлена обобщенная схема управления и взаимодействия войск (сил) многонационального объединенного оперативного формирования [6].

Из обобщенной схемы следует, что существенных особенностей в создании органов и пунктов непосредственного управления войсками (силами) многонационального объединенного оперативного формирования и организации взаимодействия не было. Однако в имеющейся литературе отсутствуют данные об организации взаимодействия правительственных войск Афганистана с другими компонентами МООФ. Поэтому можно лишь предположить, что взаимодействие осуществлялось через коалиционный штаб МООФ.

Штаб МООФ был укомплектован представителями видов ВС США и представителями стран коалиции. На него было возложено при подготовке и в ходе ведения операции: выполнение задач организации совместного боевого применения сил и средств ВВС, ВМС, ССО и спецслужб, дислоцирующихся как на территории Афганистана, так и в других странах Среднего Востока и Центральной Азии; взаимодействие с международными силами содействия безопасности; национальным военным руководством, полевыми командирами и подразделениями правительственных войск Афганистана. Данные о том, что представители правительственных войск Афганистана входили в состав коалиционного штаба, отсутствуют.

Высокая эффективность боевых действий коалиционных войск стала возможной благодаря достижениям в информационном обеспечении, реализуемых в рамках концепций информационных войн и создания глобальной системы оперативного управления вооруженными силами США.

В соответствии с концепцией создания глобальной системы оперативного управления ВС США [4] для эффективного управления вооруженными силами в настоящее время создается система информационного обеспечения на основе широкого использования средств автоматизации. Эта система основана на принципах функциональной интеграции разрозненных информационных космических, воздушных, наземных и морских средств (предупреждения о ракетном нападении, разведки, наблюдения, связи, навигации, управления оружием, автоматизированной обработки информации и моделирования и др.) с опорой на услуги электросвязи глобальных телекоммуникационных сетей как военного, так и гражданского назначения. Применение этой системы обеспечивает новое качество, заключающееся в систематическом наблюдении за динамически изменяющейся обстановкой в любом регионе мира, резком повышении полноты, достоверности и своевременности получения данных обстановки, совершенствовании планирования действий войск и обеспечении наведения ударных средств по объектам поражения в любой точке земного шара при решении как стратегических, так и тактических задач. Система информационного обеспечения создается на основе перспективных систем автоматизированного управления СВ, ВВС и ВМФ. Для примера рассмотрим перспективную систему автоматизированного управления ACCS, которую предполагается использовать для управления как ВВС США, так и объединенными ВВС и ПВО НАТО в Европе [4]. По взглядам военных специалистов НАТО, единая система управления объединенными ВВС и ПВО должна обеспечить на тактическом уровне:

планирование, постановку, а также выполнение задач ПВО, воздушных наступательных операций и авиационной поддержки;

реализацию основного принципа НАТО, предполагающего ведение боевых действий коалиционными войсками (силами);

мобильность в интересах быстрого формирования поля боевого управления авиацией и средствами ПВО за пределами границ стран НАТО (как это требовалось в Ираке, Югославии, Афганистане).

На рисунке 3 представлены структура ACCS и общий порядок добывания, обработки информации о воздушной обстановке и управления ВВС США [4].

Система ACCS включает: центр управления воздушными операциями; центр обобщения и передачи информации; пост обработки информации; оперативный центр управления подразделениями ЗУР; центр управления авиацией; центр координации воздушных операций; оперативный центр управления авиационными крыльями; оперативный центр управления авиационными эскадрильями. Основными составляющими ACCS являются центр управления воздушными операциями и центр обобщения и передачи информации, которые обеспечивают автоматизированные сбор от различных источников, обработку, формирование и передачу потребителям информации в реальном масштабе времени, вследствие чего значительно повышается не только оперативность управления ВВС, но и обеспечивается использование в различных территориально разнесенных органах управления единой информации, что обусловливает снижение доли рутинных работ, повышает уровень достоверности информации и, как следствие, качество принимаемых решений.

Таким образом, система управления коалиционными войсками в современных локальных конфликтах создавалась для обеспечения совместных действий национальных формирований, видов вооруженных сил и родов войск.

Из проведенного выше анализа следует, что основными принципами организации системы управления коалиционными группировками войск в современных военных конфликтах являются:

- заблаговременное, значительное по продолжительности время (шесть с половиной - двенадцать месяцев до начала боевых действий) развертывание системы управления, которое не менее чем в три с половиной раза превышает продолжительность боевых действий ударных группировок войск;

- создание системы управления, включающей в себя подсистему общего управления коалиционными группировками войск, находящихся в странах вблизи района конфликта, и непосредственного управления группировкой в районе конфликта (МООФ). Командующий группировкой в районе конфликта подчиняется непосредственно командующему ОЦК ВС США;

- создание совместных (координационных) органов управления на всех уровнях управления. При этом выделяется основной контур управления коалиционной группировкой войск, в основе которого лежат органы управления группировкой войск США. Координация действий группировок войск других стран коалиции осуществляется на всех уровнях управления представителями этих стран, входящих в состав коалиционных штабов и других совместных (координационных) органов управления;

- значительное (межконтинентальное) распределение пунктов управления в пространстве. Высшие органы управления, а также органы управления оперативно-стратегического уровня (за исключением штаба ВМС) дислоцируются на территории США, органы управления оперативного и тактического уровней управления дислоцируются в районе боевых действий или на территориях, близко расположенных от этого района;

- создание единой системы информационного обеспечения органов управления и войск за счет:

использования комплексов средств автоматизации во всех звеньях управления;

военных и арендованных современных средств связи и передачи данных, позволяющих объединить комплексы средств автоматизации распределенных пунктов управления между собой, со средствами разведки, РЭБ и огневого поражения в целях обеспечения согласованной работы органов управления в ходе подготовки и ведения боевых действий;

централизованного автоматизированного добывания в реальном масштабе времени информации от различных средств разведки и наблюдения (космического, воздушного, наземного и морского базирования, работающих на различных физических принципах), обработки и оптимального ее распределения между средствами поражения.

Вышеизложенное позволяет сделать некоторые практические выводы.

Так, следует учесть, что проведение мероприятий по созданию системы управления коалиционной группировки войск эвентуального противника может служить одним из признаков, позволяющим предположить, что высшим руководством страны (стран) - агрессора принято решение на достижение политических целей военными средствами. Исходя из этого, можно прогнозировать продолжительность периода военной угрозы, начало и продолжительность возможного военного конфликта, что позволит в сложившихся условиях адекватно реагировать на изменение обстановки.

Во-вторых, с учетом формирующихся взглядов на создание совместных органов военного управления РГВ (с) Республики Беларусь и Российской Федерации, целесообразно спланировать и провести исследования на мероприятиях оперативной подготовки по изучению пригодности использования опыта создания совместных (координационных) органов управления, рассмотренных выше. Особо следует обратить внимание на состав, оснащение и решаемые задачи коалиционным штабом МООФ, ГУДА, ККЦ и ЦУВО.

В-третьих, рассмотренная на рисунке 3 структура ACCS и общий порядок добывания, обработки информации о воздушной обстановке и управления ВВС США могут быть адаптированы к нашим условиям и являться прообразом не только для видов Вооруженных Сил Республики Беларусь, но и для РГВ (с) Республики Беларусь и Российской Федерации.

В-четвертых, для обеспечения совместимости процесс создания и совершенствования комплексов средств автоматизации, систем связи, других систем, обеспечивающих управление РГВ (с) Республики Беларусь и Российской Федерации, должен осуществляться по общим принципам и требованиям, в рамках единых нормативных технических документов и в тесном взаимодействии как заказчиков от Республики Беларусь и Российской Федерации, так и представителей научных организаций и промышленности двух стран. Для управления этим процессом созрела необходимость создания единого коллегиального межгосударственного органа с определенными правами и обязанностями, в том числе и для уточнения (разработки) необходимой нормативной правовой и нормативной технической базы.

В-пятых, в современных военных конфликтах наибольший вклад в повышение эффективности управления вносят современные системы управления. Уровень развития средств вычислительной техники, техники связи и передачи данных, а также бурно развивающиеся информационные технологии создали условия, при которых реально обеспечивается выполнение должностными лицами ряда функций управления в автоматизированном режиме. Органы управления коалиционными группировками войск имеют возможность оперативного сбора необходимой информации, оценивать район предстоящих действий с использованием геоинформационных технологий, учитывать результаты моделирования операции (боя) при выработке решения, использовать единую во всех органах управления цифровую карту местности с единой обстановкой и многое другое, что обеспечивает высокий уровень оперативности, устойчивости, непрерывности и скрытности управления коалиционными группировками войск. Исходя из этого, видится целесообразным при проведении дальнейших работ по совершенствованию системы управления Вооруженных Сил первоначально сосредоточить основные усилия на создании единой автоматизированной информационно-расчетной системы Вооруженных Сил, на базе которой в последующем создать комплексную систему поддержки принятия решений.

Таким образом, в статье выявлены основные принципы организации систем управления коалиционными группировками войск по опыту современных военных конфликтов. Сделаны практические выводы и рекомендации, которые можно использовать при создании и совершенствовании системы управления РГВ (с) Республики Беларусь и Российской Федерации.

ЛИТЕРАТУРА

1. Борщев А.Д. Опыт локальных войн (вооруженных конфликтов) второй половины 20-го века и его влияние на строительство Вооруженных Сил и развитие военного искусства. - М.: ВАГШ, 2002. - 224 с.

2. Ташлыков С.Л. Причины, содержание и итоги военных операций в Ираке (1998 г.), на Балканах (1999 г.) и в Афганистане (2001 г.). - М.: ВАГШ, 2003. - 50 с.

3. Операция «Свобода Ирака». (Подготовка и ход боевых действий) /Под редакцией М. Г. Кендюхова. - Мн.: ГУ НИИ ВС РБ, 2003. - 70 с.

4. Азов В. Концепция создания единой информационно-управляющей структуры ВС США // Зарубежное военное обозрение. - 2003. ~M1.-C.3- 10.

5. Война в Ираке: хроника военных действий //Зарубежное военное обозрение. - 2003. - № 4. - С. 15 - 23.

6. Родионов А. Система боевого управления ВС США в ходе контртеррористической операции «Несгибаемая свобода» //Зарубежное военное обозрение. - 2003. - № 1. - С. 24 - 30.

7. Свиридов А. Некоторые особенности операции «Свобода Ирака» // Зарубежное военное обозрение. - 2003. - № 4. -С. 2-7.

8. Владимиров В. Наземная операция ВС США и их союзников против Ирака //Зарубежное военное обозрение. - 2004. -№1.- С. 12 - 15.

Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте