БОРЬБА С ТЕРРОРИЗМОМ КАК ВАЖНЕЙШАЯ ЗАДАЧА ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ СТРАНЫ
ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК
№ 1(18)/2007
Генерал армии А.С. КУЛИКОВ,
заместитель Председателя Комитета
Государственной Думы Федерального Собрания
Российской Федерации по безопасности,
председатель Правления Всемирного Антикриминального
и Антитеррористического Форума
БОРЬБА С ТЕРРОРИЗМОМ КАК ВАЖНЕЙШАЯ ЗАДАЧА ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ СТРАНЫ
В центре всей системы национальной безопасности, как и отдельных ее видов, стоят жизненно важные интересы личности, общества и государства. И центральным, отправным понятием во всех рассуждениях относительно безопасности и всех ее составляющих служат понятия угроз.
Приоритетными среди нетрадиционных угроз в порядке убывания важности, по оценкам экспертов, принято считать: 1) международный терроризм; 2) этнические и религиозные конфликты, в том числе по причинам миграционной проблематики; 3)проблемы несостоявшихся государств; 4) распространение оружия массового уничтожения; 5) попытки неконституционного захвата власти; 6) организованная преступность; 7) война между государствами.
Беспрецедентные по своим последствиям террористические акты последнего десятилетия показали, что сложившиеся механизмы противодействия международному терроризму в большинстве государств мира не адекватны уровню и характеру террористической угрозы. Более того, обозначилась тенденция перехода от разрозненных террористических актов к масштабным акциям, принимающим характер диверсионной войны, в ходе которой применяются методы информационно-психологического воздействия, в том числе для создания атмосферы всеобщего страха, возбуждения антиправительственных настроений в обществе.
И до 11 сентября 2001 г. мир не раз застывал в шоке от терактов, но именно первый сентябрь третьего тысячелетия стал точкой отсчета новой реальности XXI века. Эта реальность беспокоит. Мир не стал более стабильным. Надежда на консолидацию мирового сообщества в войне с терроризмом сменилась разочарованием. Из множества существующих оценок прошедшего пятилетия глобальной войны с терроризмом попытаемся выделить, на наш взгляд, главные моменты, обойти которые невозможно ни в одной дискуссии.
Первое. Цена войны с терроризмом.
Известно, что в результате терактов 11 сентября 2001 года погибли и безвестно пропали почти три тысячи человек гражданского населения. Ущерб, нанесенный терактами американской экономике, составил $ 80 млрд.
По этим же параметрам оценим ответные меры:
Контртеррористическая операция в Афганистане (октябрь, 2001) унесла жизни 500 военнослужащих коалиционных сил. Потери с афганской стороны - убитыми считаются 5 тыс. членов движения «Талибан», 1,5 тыс. членов «Аль-Каиды», 2 тыс. афганских военнослужащих и полицейских и 3,5 тыс. мирных граждан.
В «антитеррористической» военной операции в Ираке (продолжается с марта 2003) потери только американцев (не считая других участников коалиции) составили более 3-х тысяч человек. Потери Ирака оцениваются в 30 тыс. военных и 19 тыс. гражданского населения (по данным независимой организации Ирак Боди Каунт (Iraq Body Count), с начала войны погибли до 50 тыс. мирных иракцев, по другим данным - более 600 тысяч).
В рамках войны с терроризмом из американского бюджета потрачено около $ 480 млрд, из них - почти три четверти на войну в Ираке (73%); пятая часть - на войну в Афганистане. 91% общих затрат освоило министерство обороны США. В следующем финансовом году Америка планирует существенно увеличить расходы на войну с терроризмом. Затратная операция без достижения цели!
Возьмем другой регион террористической активности: в войне Израиля против Ливана (которую также называют антитеррористической операцией) погибло 129 военнослужащих Израиля. На ливанской стороне уничтожено около 1 тыс. мирных жителей. Впечатляет и такой результат ливанской войны: 1000 беженцев на одного убитого боевика «Хезболлы», в связи с чем допустимо полагать, что потенциальных противников «войны с терроризмом» среди арабского населения стало в десятки раз больше.
За 12 лет антитеррористической войны в Чеченской Республике суммарные потери федеральных сил, участников незаконных вооруженных формирований и мирных жителей, по оценочным данным, составили около 45 тыс. человек. Свыше полумиллиона жителей Чечни и прилегающих территорий вынуждены были покинуть место жительства.
Вывод: Если потери мирного населения (заметьте, не самих террористов!) многократно превышают потери «антитеррористических сил», можно ли считать цель достигнутой, а выбор средств достижения правильным?
Второе. Возможна ли война с терроризмом в классическом понимании ведения войны?
Эксперты спецслужб США и Европы отмечают, что за пять лет войны с терроризмом мы немногое узнали о механизме функционирования и слабых местах террористических ячеек. Да и сама эта война ведется так, словно одно правительство сражается против другого. Парадоксальным образом так называемая «война с терроризмом» нанесла больше морального ущерба государствам воюющей коалиции, чем материального ущерба тем террористическим группировкам, против которых она объявлена.
Избранные стратегии, основанные на представлении о едином противнике («Аль-Каиде»), лишь ухудшили ситуацию. Полагаю, есть смысл обратить внимание на выводы аналитиков, которые считают, что воспринимать Бен Ладена и его «Аль-Каиду» как некий авангард террористического движения - значит, закрывать глаза на более неудобную реальность, суть которой состоит в том, что от ядра первородной «Аль-Каиды» эстафету приняла глобальная сеть не связанных друг с другом, но, вероятно, идейно поддерживающих друг друга радикальных ячеек.
Результат войны: если считать, что она велась с «Аль-Каидой», успех не на стороне антитеррористической коалиции, поскольку именно Бен Ладену удалось то, о чем он мог лишь мечтать: а именно - заманить американскую армию сначала в Афганистан, затем в Ирак и навязать им бесконечную войну по своим правилам. Но главное, что удалось Бен Ладену, руками Соединенных Штатов устранить с политической арены своего заклятого врага Саддама Хусейна.
Правомерен вопрос: такой ли должна быть «война с терроризмом»? Сегодня становится все более ясно, что эта задача куда успешнее решается усилиями разведслужб, специально подготовленных полицейских подразделений, путем сотрудничества между правоохранительными органами разных стран. Надо признать, все эти структуры сегодня (в том числе и в России) работают эффективнее, чем пять лет назад. Ну, относительно эффективнее, по крайней мере.
Вывод: война против терроризма превратилась в войну средствами терроризма, то есть не лицом к лицу с противником, а с неизбираемой целью, которой «случайно» оказывается весь народ.
Третье. Что происходит в каждом из государств, в границах которых велась широкомасштабная «война с терроризмом»?
В Афганистане: талибы до конца не разгромлены. Напротив, от их рук продолжают погибать солдаты коалиции, которые, в свою очередь, за счет новых жертв среди мирного населения пытаются восстановить контроль над провинциями. Победного конца у афганской войны не видно.
В Ираке: союзнические войска заперты в укрепленных лагерях, а за их пределами бушует гражданская война. Интенсивность террористических атак возросла до 800 в неделю, жертвами которых ежедневно становятся по 120 человек.
В Ливане: «Хезболла» не побеждена, в результате ее авторитет среди населения только укрепился.
Вывод: каждая из стран, переживших кризис военных кампаний «против терроризма», оказалась отброшенной в своем развитии на десятки лет, что обеспечивает социальную базу для потенциального воспроизводства террористов.
Четвертое. Кто оказался в выигрыше от пятилетней «войны с терроризмом»?
Воспользуемся оценками, которые формируются внутри стран самой коалиции. По выводам Британского королевского института международных отношений («Чатем-Хаус»), от политики США на Ближнем и Среднем Востоке выиграл прежде всего Тегеран, который оказался избавлен от злейших врагов (талибов в Афганистане и режима Саддама Хусейна в Багдаде), не потратив на это и самой малости материальных и человеческих ресурсов.
Удручающая неспособность великих держав выработать единую позицию в отношении иранской ядерной программы, результаты войны Израиля с «Хезболлой», раздоры по всем этим вопросам в Совете Безопасности ООН - все это возводит иранских лидеров на высоты триумфаторов в глазах исламского мира, способствует его дальнейшей радикализации.
Вывод: сложилась тупиковая ситуация: ни США, ни Запад не знают, как на нее реагировать.
Пятое. Что происходит с государствами, которые потенциально способны стать новым источником терроризма?
Конфликтная база как питательная среда для взращивания террористических идей и организаций расширяется количественно и качественно. Согласно отчету Независимой оценочной группы Всемирного банка, количество «уязвимых» стран, в которых растущая бедность ведет к риску проявлений терроризма и вооруженных конфликтов, за последние три года возросло с 17 до 26. Предыдущие же международные усилия по оказанию помощи этим странам оказались недостаточными и не привели к заметным успехам.
Вывод: эти государства потенциально способны стать источником и колыбелью новых террористических центров.
Ужесточение национального, международного законодательств в сфере противодействия терроризму, отмывания «грязных» денег, усиление контроля за информационными потоками, дополнительные меры по обеспечению безопасности на стратегически важных объектах, проведение войсковых операций, составление «черного списка» государств, содействующих терроризму, соответствующие санкции ООН - все эти действия, предпринятые мировым сообществом, оказались недостаточными для того, чтобы предотвратить новые вспышки организованного насилия.
Резюмирую сказанное: в результате пятилетней глобальной «войны с терроризмом» ни одна проблема не решена и ни одна не имеет простого решения.
Смею предположить, что попыткой краткого анализа доказано, насколько современный мир становится все более взаимозависимым по мере развития глобализации и все более уязвимым для проявлений новых вызовов и угроз, а сами эти угрозы давно стали транснациональными по масштабам и глобальными по сути. Их воздействие проявляется через порождение все новых общемировых социальных проблем и острых противоречий, которые в свою очередь продуцируют другие негативные явления, в их числе: международный терроризм, распространение оружия массового уничтожения, транснациональная организованная преступность, торговля наркотиками, незаконная миграция, похищения людей и т.д. Человечество оказалось перед лицом глобальной опасности, которая может проявить себя в любой момент, в любом месте и совершенно непредсказуемым способом.
Восприятие Россией характера и степени угроз ее безопасности и территориальной целостности со стороны сил терроризма коренным образом изменила трагедия в Беслане. Один из главных выводов государственной власти Российской Федерации заключается в том, что бороться нужно не с симптомами, а с причинами, порождающими эту болезнь. Именно поэтому в основу антитеррористической стратегии положена необходимость сочетания противодействия терроризму с мерами силового характера. Ведь ограничившись только силовым реагированием на возникающие кризисы, мы не только постоянно будем отставать на шаг, но и не сможем ликвидировать развивающуюся систему, которая превратила террор из маргинальных единичных случаев в глобальный феномен.
Анализ характеристик и проявлений международного терроризма позволяет сделать вывод, что террористическая активность различного рода экстремистских организаций в ближайшее время сохранится, как минимум, на прежнем уровне, а масштабы и география террористических акций, очевидно, будут расширяться. Поэтому представляется, что устранение причин, порождающих терроризм, является первостепенной и долгосрочной задачей.
Ратификация Российской Федерацией Конвенции Совета о предупреждении терроризма, принятие Федерального закона «О противодействии терроризму» и последующее приведение федерального законодательства в соответствие с названными законами - это прямой ответ государства на вызовы и угрозы национальной безопасности, исходящие от международного терроризма. Основная цель принятых законов - предупреждение террористических проявлений.
Речь нужно вести, прежде всего, о том, чтобы заблаговременно организовывать и осуществлять комплекс превентивных и предупредительных мер, которые бы исключали условия для проявления терроризма, сделали бы терроризм бессмысленным. Представляется, что особого внимания заслуживают определенные в законе понятия «терроризм» и «противодействие терроризму».
Терроризм определен как идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных насильственных действий. Под противодействием терроризму понимается деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления по профилактике, борьбе с терроризмом и минимизации (ликвидации) последствий его проявлений.
В приведенных формулировках выражено мнение российского экспертного сообщества и подтверждено единое понимание одного из отмеченных выше общих принципов о том, что основу эффективной государственной системы противодействия терроризму составляет совокупность своевременных государственных мер профилактики, предупреждения, упреждения, пресечения и ликвидации последствий террористических проявлений.
Принятый антитеррористический закон создает систему взаимосвязанных норм, определяющих обязанности, в первую очередь, субъектов российской властной вертикали, в том числе порядок применения Вооруженных Сил с предоставлением максимума полномочий Президенту способствуют созданию в государстве эффективной системы противодействия одной из приоритетных угроз безопасности. Видимо надо думать о тактике действий, организационной структуре привлекаемых частей и соединений ВС.
В заключение, хочу подчеркнуть, что в огромном комплексе наиболее острых проблем обеспечения устойчивого и стабильного развития российского общества в современных политических, экономических, социальных, правовых и других условиях одной из ключевых является проблема правильного понимания национальной безопасности и разумного подхода к построению системы ее обеспечения.
