ВОЙНА ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ В США И ДИПЛОМАТИЯ ЕКАТЕРИНЫ II
ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК
№ 2(19)/2007
М.Е. ЛУПАНОВА
ВОЙНА ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ В США И ДИПЛОМАТИЯ ЕКАТЕРИНЫ II
Одним из важных международных событий всего XVIII века стала война североамериканских колоний Великобритании за свою независимость. Это событие затронуло политику целого ряда европейских держав, в том числе и России. Военные действия в Северной Америке начались в 1775 году. Они явились итогом достаточно глубоких противоречий между интересами значительной части населения и политикой английской королевской администрации, ущемлявшей эти интересы. Переселенческие колонии на территории будущих Соединенных Штатов начали возникать с первой половины XVII века. К середине XVIII века тринадцать колоний Великобритании, расположенных по Атлантическому побережью, прошли большой путь социально-экономического и политического развития. На этих землях, никогда не знавших феодализма, успешно развивалось гражданское общество, создавались собственные демократические институты, шел процесс складывания самостоятельной американской нации.
Население колоний, прежде всего торгово-промышленные круги, все сильнее тяготились административно-фискальным гнетом британских властей. Последние, в свою очередь, видя, как уплывает почва из-под ног, проявляли в своем «отеческом покровительстве» над колониями все большую неуступчивость и жестокость. Назревал кризис, симптомы которого стали принимать заметный характер, по крайней мере, уже за десять лет до начала открытого вооруженного противостояния. Весной 1765 года был принят закон о гербовом сборе, согласно которому облагались налогом вся коммерческая и судебная документация, а также периодические издания. Король и парламент намеревались употребить полученные средства на содержание английских войск в Америке. Это вызвало взрыв возмущения в колониях, население которых протестовало против налогообложения территорий, не имевших своих представителей в британском парламенте.
В своей реляции Екатерине II от 7(18) октября 1765 года российский посланник в Лондоне Г. Гросс доносил: «В столице Новой Англии в городе Бостоне действительно шло до явного народного бунта...»1.
В следующем, 1766 году гербовый сбор пришлось отменить, однако «несходства» Лондона с его заокеанскими владениями не только не уменьшились, но с течением времени все более возрастали. Русские представители в Лондоне внимательно следили за углублением англо-американских противоречий. В донесениях 1774 года первоприсутствующему в Коллегии иностранных дел Н.И. Панину посланник А.С. Мусин-Пушкин писал об «упорной американских жителей претительности повиноваться ... таким повелениям, кои хотя бы мало клонились к утверждению над ними права здешнего (английского) законодательства». «Генеральным в Филадельфии конгрессом решено уже не вывозить сюда никаких американских товаров, а здешних тамо не принимать»2.
19 апреля 1775 года произошли первые сражения при Лексингтоне и Конкорде, начиналась американская революция, а вскоре дело приняло и совсем серьезный оборот. Трения между метрополией и ее далекими колониями переросли в войну с участием нескольких держав, превратившись в важную международную проблему. На политической арене появилась молодая американская дипломатия, которая не только быстро освоила методы, практиковавшиеся дипломатической службой Старого Света, но и привнесла невиданные дотоле внешнеполитические принципы и приемы, вытекающие из провозглашенных демократических начал равенства всех людей и народного суверенитета. Яркий пример такого рода деятельности дал американский просветитель, ученый-энциклопедист и политик Бенджамин Франклин. Находясь в Париже, сначала в качестве уполномоченного Континентального конгресса, а затем, после объявления восставшими колониями себя независимой республикой, и посланника, он многое сделал для завоевания симпатий французской общественности, для превращения Франции в союзницу Соединенных Штатов. Этому способствовали естественность поведения и скромный внешний облик Б. Франклина. Это выделяло его из числа других дипломатов и придавало особое обаяние.
Вооруженная борьба в Северной Америке остро поставила проблему союзников и перед Лондоном. Особая надежда возлагалась при этом на Россию, с которой еще с 60-х годов велись переговоры о союзе. Союзный трактат заключен тогда не был, но русско-английские отношения развивались в целом благоприятно. 1 сентября 1775 года король Георг III направил личное послание российской императрице, прося оказать помощь войсками. Речь шла о 20-тысячном экспедиционном корпусе, причем за каждого русского пехотинца английское правительство готово было уплатить по 7 фунтов стерлингов. Англия не сумела набрать нужного количества войск для отправки в Америку, поэтому было решено обратиться за содействием к европейским дворам. Кроме России обращение было направлено ряду германских государств. На просьбу откликнулись шесть немецких владетельных князей, у которых англичанам удалось в итоге заполучить за годы войны около 30 тыс. наемников. В Лондоне высокомерно полагали, что в данном вопросе в отношении России и мелких германских государств можно было использовать одинаковые методы. Несколько позднее Н.И. Панин с негодованием писал: «Но в сей расчет не могут входить знатные державы наравне с мелкими германскими князьями, обвыкшими кровь подданных своих ставить в цену и продавать за деньги»3.
Слух о возможном участии России в подавлении восстания за океаном быстро распространился, вызвав настороженность и беспокойство при дворах Европы да и в самой Америке. Французский министр иностранных дел Ш.Г. Верженн допускал даже наличие завоевательных замыслов у Екатерины II. По его мнению, отправка русских войск за океан должна была встревожить все державы, имеющие владения в Новом Свете. А среди лидеров молодой североамериканской республики вплоть до начала 80-х годов не исчезали опасения, что Россия может стать союзницей Великобритании.
Официальный Петербург, однако, хотя и считал действия восставших незаконными, а их самих мятежниками, вовсе не горел желанием участвовать в карательных операциях. Ответ Екатерины II английскому королю последовал 23 сентября (4 октября) 1775 года. Это был вежливый, но твердый отказ. Лишь недавно окончилась война с Турцией, «я едва только начинаю наслаждаться миром ... моя империя нуждается в спокойствии», - писала императрица. Сославшись на непрочный мир со Швецией и «не окончательно решенные дела польские», Екатерина также дала понять, что не считает усмирение восстания предприятием, которое прибавит «достоинства» ее империи. Подобные действия, напротив, могли бы послужить и другим державам примером для вмешательства в конфликт. Все это «положительно воспрещает мне... лишить себя значительной части своих войск... хотя я глубоко сожалею о невозможности оказать вам услугу, требуемую вами от моей дружбы», - говорилось в письме4.
У Екатерины II были и другие причины, побудившие ее отклонить просьбу английского короля. Только что с большим трудом удалось подавить страшный бунт Пугачева, посягавшего на самые права ее как государыни и до смерти напугавшего благородное дворянское сословие. Борьба в Новом Свете приобретала все больший размах, а перспективы восстановления там власти англичан становились все более призрачными. Помимо этого, Екатерина II была весьма невысокого мнения о способностях Георга III как монарха и правителя: «В дурных руках все становится дурным... Его превосходные подданные очень им тяготятся... От всего сердца желаю, чтобы мои друзья англичане поладили со своими колониями; но столько моих предсказаний сбывалось, что боюсь, как бы еще при моей жизни нам не пришлось увидеть отпадение Америки от Европы», -делилась своими мыслями императрица5.
4 июля 1776 года была провозглашена независимость Соединенных Штатов. В феврале 1778 года произошло оформление существовавшего уже де-факто союза между США и Францией. Позднее к ним присоединилась Испания, которая начала войну против Англии. В 1778 году британское правительство обратилось к России с предложением заключить союз уже не против Америки, а против европейских государств, а затем речь зашла об общем оборонительном союзном договоре. Петербург ответил отказом.
Таким образом, с самого начала американской войны за независимость Россия твердо придерживалась нейтралитета, отвергая попытки Англии связать ее союзными обязательствами. Такая линия Петербурга получила в конце концов должную оценку и в Америке, где поначалу сильно опасались возможного выступления России на стороне Англии. «Мы немало обрадованы узнать из достоверного источника, что просьбы и предложения Великобритании русской императрице отвергнуты с презрением», - писал весной 1779 года главнокомандующий Континентальной армией Дж. Вашингтон.
Позиция российского правительства диктовалась, естественно, его собственными интересами. Оно рассчитывало, что борьба между европейскими державами (Англией, Францией, Испанией) приведет к взаимному их ослаблению и это будет иметь следствием укрепление международных позиций России. Политика нейтралитета поэтому лучше всего отвечала ее интересам. Эта политика имела свои особенности. С одной стороны, требовалось держаться определенной манеры поведения. Отклонив союз с Англией, но, не желая обострять отношения с ней, Россия не отступала от курса дипломатического непризнания Соединенных Штатов. Посланник в Париже И.С. Барятинский общался с американским представителем Б. Франклином только как с частным лицом, внимательно следя за тем, чтобы их встречи не принимали официального характера. С другой стороны, соображения практического свойства говорили в пользу того, чтобы считаться с фактом появления нового субъекта международной политики - США.
Екатерина понимала, что отделение заокеанских колоний от метрополии надлежит признать уже совершившимся фактом. Кроме этого, подобный факт не только не противоречит пользе России, но даже выгоден ей в части торговых интересов России.
Правительство Екатерины II не только не поддерживало Великобританию, но выступило с важной политической акцией - Декларацией о вооруженном нейтралитете, которая имела объективно антианглийскую направленность и в то же время сыграла существенную роль в укреплении позиций молодой заокеанской республики на международной арене. Война, которую вела Англия против США и их европейских союзников, наносила большой ущерб международной морской торговле. Особенно страдали нейтральные государства. Морская торговля испытывала притеснения со стороны военных кораблей разных стран (Франции, Испании, США и др.), но наибольший ущерб наносили ей англичане. За годы североамериканской войны ими было захвачено, в частности, семнадцать русских судов.
В Декларации о вооруженном нейтралитете, датированной 28 февраля (10 марта) 1780 года, были изложены общие основы морской политики России. Этот документ имел форму обращения Екатерины II к правительствам Англии, Франции и Испании. В преамбуле говорилось, что целью выступления российского правительства с этим обращением является желание устранить «затруднения, причиняемые свободе общей торговли, и торговли русской в частности... Императрица считает своей обязанностью освободить оную всеми средствами, совместными с ее достоинством и благом ее подданных»6. Декларация провозглашала право нейтральных держав на беспрепятственную морскую торговлю в условиях войны со всеми, в том числе и с воюющими сторонами. Говорилось о решимости императрицы защищать свое право силой оружия.
Провозглашение вооруженного нейтралитета имело большое международное значение. Устанавливались твердые правовые начала, защищавшие морскую торговлю нейтральных стран во время войны. В 1780-1783 годах к принципам, выдвинутым Россией, присоединились многие нейтральные государства Европы, их признали также Франция и Испания. Однако отклики, которые встретила акция Екатерины II в Лондоне и за океаном, были далеко не одинаковыми. Если англичане отнеслись к Декларации более чем прохладно, то американцы откликнулись с энтузиазмом. Видные деятели американской республики Б. Франклин, Дж. Вашингтон, Дж. Адамc дали очень высокую оценку идеям вооруженного нейтралитета и действиям России.
Провозглашение Декларации о вооруженном нейтралитете и образование затем Лиги нейтральных государств сыграли важную роль в международных отношениях того времени. Акт Екатерины II был выгоден для многих стран, но в особенности для Соединенных Штатов Америки. История уготовила долгую жизнь идеям защиты прав нейтрального мореплавания, которые сделались солидной основой русско-американского сближения в последующие годы.
Российская дипломатия выступила с еще одной важной инициативой, предложив мирное посредничество между воюющими сторонами. Как и провозглашение вооруженного нейтралитета, эта акция должна была способствовать укреплению международного авторитета России. Екатерина считала, что России выгодно соблюдать нейтралитет, но в то же время ей следует попытаться помирить противников. 27 октября (7 ноября) 1780 года российским представителям в Лондоне, Париже и Мадриде направили инструкции, в которых говорилось о желании Петербурга сохранять нейтралитет и «оным сообразовать дальнейшие наши подвиги к восстановлению общего в Европе мира»7.
К идее мирного посредничества вынуждены были в конце концов прислушаться и в Лондоне. Желая получить лучшую позицию на будущих переговорах, там решили привлечь к посреднической миссии и Австрию. Русское правительство согласилось, так как готовилось заключение союзного договора, и Россия нуждалась в поддержке Австрии в Восточном вопросе.
Проект посредничества оказался неудачным из-за отказа британского правительства. «В нем содержится отказ от переговоров в том, что касается американских колоний, с которыми твердо намерены вести дела лишь как с подданными... Лишь оружие может быть арбитром в этом серьезном столкновении интересов», - писал из Лондона посланник И.М. Симолин.
И действительно, Англия согласилась начать мирные переговоры лишь после того, как было получено известие о капитуляции в октябре 1781 года королевского корпуса под командованием лорда Корнуоллиса при Йорктауне перед объединенными американо-французскими силами. Что касается России, то волею обстоятельств в 1781-1783 годах в ее политике на первый план выдвинулись другие моменты: переговоры о союзе с Австрией, восточные дела в связи с готовившимся присоединением Крыма. Несмотря на то, что заинтересованность в посредничестве для восстановления мира на Западе начала уменьшаться по мере того, как основные миротворческие усилия стали сосредоточиваться в Вене, а затем и в Париже, роль российской дипломатии в деле мирного урегулирования не следует преуменьшать. Действия правительства Екатерины II сыграли, без сомнения, положительную роль и приблизили открытие прямых англо-американских переговоров, которые и завершились подписанием мира в августе 1783 года. Соединенные Штаты получили международное признание. Великобритания соглашалась с тем, что американская республика является суверенным и независимым государством, и отказывалась от всех претензий к ней в будущем. В эти годы не произошло установления дипломатических отношений между Россией и США. Последние не были официально признаны правительством Екатерины, но есть основания говорить о признании де-факто.
Отказ от союза с Англией, провозглашение Декларации о вооруженном нейтралитете, предложение мирного посредничества недвусмысленным образом характеризуют отношение России к американской войне за независимость. Объективно ее позиция способствовала укреплению положения США на международной арене. Но дело здесь не в каких-то «симпатиях» Екатерины II и ее правительства к восставшим колониям, а в соображениях реальной политики и собственных интересов. Сыграли свою роль и недовольство всевластием Англии на море, и стремление не допустить существенного нарушения баланса сил в случае победы Великобритании над ее соперниками, и понимание неизбежности отделения американских колоний от метрополии, что представляло даже определенную выгоду для России в плане торговли, и стремление императрицы выступить арбитром в европейских и мировых делах, а далее повысить международный престиж и влияние России.
Фактическое признание Россией Соединенных Штатов нашло свое выражение в развитии торговых связей между двумя странами, зарождение которых относится еще к колониальному периоду. Первые американские торговые суда совершали плавания в российские порты уже в 60-е годы XVIII века. С началом войны за независимость возрос спрос на предметы русского экспорта, используемые в судостроении. Из США, Вест-Индии и других мест на американских кораблях в Россию привозились различные колониальные товары: чай, рис, хлопок, вина, кубинский сахар, бразильский кофе, фрукты. Что касается русских торговых судов, то они стали появляться за океаном только в начале XIX века, хотя первые корабли под русским флагом ходили в Америку еще в годы войны за независимость.
Разумеется, США не принадлежали к числу основных торговых партнеров России. Доля русско-американских связей во внешней торговле каждой из двух стран была невелика. В 1786 году, например, на 705 английских судов приходилось лишь 10 американских. Но отметим, что объем русско-американской торговли возрастал, и после установления дипломатических отношений между двумя странами в начале XIX века наступил ее подлинный расцвет.
Отношения между государствами не сводятся только к деяниям государственных мужей - монархов, министров, дипломатов. Международные отношения - это отношения между народами. Посещения русскими Америки и американскими гражданами России способствовали взаимному знакомству таких непохожих и далеких друг от друга стран. Свою лепту в развитие международных отношений вносят представители самых разных сословий и классов - предприниматели и торговцы, военные, люди науки, литературы и искусства. К XVIII веку восходят и первые научные и культурные связи России и Америки. У истоков их стояли М.В. Ломоносов и Б. Франклин.
Особенности Века Просвещения накладывали свой отпечаток и на русско-американские научные и культурные связи. Ко второй половине 80-х гг. относится пример научного сотрудничества между двумя странами на высшем, а с русской стороны - высочайшем уровне. В эти годы Екатерина II проявила интерес к составлению универсального словаря языков мира. Для получения сведений о языках американских индейцев она обратилась к маркизу Лафайету, а тот передал эту просьбу Дж.
Вашингтону и Б. Франклину. В начале 1788 года Вашингтон направил Лафайету «словарь языков племен шони и делавар», а также «более краткий образец языка южных индейцев». Одновременно будущий президент США выражал надежду, что «нынешний замысел великой северной государыни в какой-то мере заложит основы ассимиляции языков, а таковая повлечет за собою ассимиляцию нравов и интересов и когда-нибудь сможет устранить многие причины вражды среди рода человеческого»8.
Прошло 220 лет. К сожалению, надежды президента США пока еще не сбылись...
ПРИЛОЖЕНИЯ:
1. Россия и США: становление отношений. 1765-1815. Сб. документов (далее: Россия и США)/Сост. Н.Н.Башкина, Н.Н. Болховитинов, Дж. Браун и др. - М.,1980.-С. 20.
2. Там же. - С. 27, 32.
3. История внешней политики и дипломатии США. 1775-1877 /Отв. ред. Н.Н. Болховитинов. - М., 1994. - С. 12.
4. Россия и США - С. 35.
5. Сборник Императорского Русского Исторического Общества (далее: Сб. РИО). - Т. XXVII. - СПб., 1880. - С. 44, 154.
6. Мартенc Ф. Сборник договоров и конвенций, заключенных Россией с зарубежными странами. - СПб., 1874-1909. - Т. 15. - С. 243 и далее.
7. Каррер д, Анкосс Э. Екатерина II. Золотой век в истории России / пер. с фр. - М.: РОССПЭН, 2006. - С. 267.
8. Россия и США. - С. 165.
