ПРОТИВОРАКЕТНЫЙ БАРЬЕР СИСТЕМЫ ПВО МОРСКОГО БАЗИРОВАНИЯ

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 1(18)/2007

ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА

Полковник М.Д. ТЮРИН,

доктор военных наук, профессор,

действительный член АВН;

подполковник И.В. СПИРИН

ПРОТИВОРАКЕТНЫЙ БАРЬЕР СИСТЕМЫ ПВО МОРСКОГО БАЗИРОВАНИЯ

Политические события последних лет и новейшие научно-технические достижения оказали значительное воздействие на сценарии возможного боевого применения американских военно-морских сил на ближайшие годы и перспективу до 2015-2020 гг. Как предполагается, их главной направленностью в неядерной войне (военных конфликтах любой интенсивности) останется ведение на начальной стадии противоборства боевых действий в акваториях морей (океанов). Например, против стран ОДКБ (в Северной морской зоне, Восточной океанской зоне, Дальневосточной морской зоне, Каспийской морской зоне и Черноморской зоне).

В эпоху индустриализации США Пентагон всегда проявлял свою способность использовать последние технические достижения в интересах совершенствования и создания новых образцов ВВТ. При этом новаторство представляло собой сочетание новейших разработок с новыми способами решения боевых задач. На практике такое положение может выражаться как в форме внедрения нового, так и в виде новых подходов к использованию уже имеющихся наработок, а также комбинаций этих двух форм.

Процесс нововведений особенно проявился в планах Пентагона после выхода США из договора по ПРО. Макроуровневые процессы военной стратегии стали конгруэнтными в микроуровневых и наоборот (статья в НВО № 42, 2005 г.). Это закономерно привело к стремлению военно-политического руководства Соединенных Штатов уделить приоритетное внимание реализации комплекса программ создания и оперативного развертывания как стратегической системы противоракетной обороны, так и тактической системы ПРО (тактическая высотная территориальная оборона - ТВТО, тактическая система морского базирования «Aegis-Standart-3» или «Aegis-C3»).

Критика национальной противоракетной обороны со стороны видных ученых США потребовала «более серьезного технологического наполнения и совершенствования программы» на основе перспективных технологий противодействия ракетным атакам противника, особенно групповым (залповым) как с ядерными, так и неядерными ударными боеголовками. Скрупулезный сбор, оценка, накопление банка инновационных технологических данных позволяют среди эволюционного совершенствования имеющихся, создаваемых и проектируемых ракетных систем ПВО/ПРО (GBI, корабельных СМ-3 блоки I/II, СМ-27 армейских ПВО/ПРО ТВД (РАС-3) выделить программу поставки ВМС США корабельных систем.

В этой связи модификация корабельных систем ПВО является одной из основных программ США в оснащении и переоснащенных усовершенствованными противоракетными средствами. Она перерастает оперативно-тактические рамки видовой противосамолетной обороны, вытесняет ее и трансформирует в общегосударственную тактическую воздушно-космическую систему обороны.

На современном этапе, наряду с совершенствованием противовоздушного барьера, формированиями боевых кораблей ВМС США создается противоракетный барьер, который в 2020 году может занять достойное место в системе корабельной противокосмической, противовысокоточной оружейной обороны. Это обусловлено, прежде всего, тем, что одной из характерных черт настоящей и будущей войн станет ожесточенное противоборство средствами воздушно-космического нападения и корабельными средствами ПРО.

Сейчас в американской системе ПРО океанского театра военных действий (Navy Theater Missile Defense) задачи барьерной ПРО уже изначально формируются шире. Так, базовый барьер ПРО системы ПВО корабельных формирований ВМС США предназначен для самообороны и прикрытия конвоев и соединений, а ее расширенный вариант (Navy Theater Wide Missile Defense), в первую очередь, должен обеспечить защиту от противокорабельных и противорадиолокационных ракет в обширной зоне БД ВМС, с сохранением потенциала по поражению других воздушных целей. Решение этих задач предполагается применением новых корабельных ЗУР, имеющих дальнюю границу боевого применения в экзоатмосферной зоне. Базовыми носителями элементов морской барьерной ПРО станут корабли, оснащенные модифицированной системой «Иджис».

В 2004-2005 гг. с усовершенствованными ЗРК «Aegis-SM-3» в боевой состав ВМС введены модернизированный ракетный крейсер типа «Тикондерога» (CG-47) и два новых ракетных эсминца типа DDG-51, которые планируется развернуть в системах ПВО/ПРО оперативных флотов (2, 3, 5, 6, 7) в зоне США и на удаленных морских ТВД (на Средиземном море, в Персидском заливе и западной части Тихого океана). В Японии планируется оснастить усовершенствованной корабельной системой ПРО «Aegis-SM-3» строящиеся эсминцы, которые совместно с ПВО/ПРО кораблей 7 флота США, а также армейскими системами «Патриот» СВ США составят основу тактической системы ПРО Дальневосточной морской зоны.

В целом, США в интересах создания морского компонента ПРО в XXI веке значительно увеличили интенсивность летных (стрельбовых) испытаний демонстративных образцов корабельных противоракетных комплексов, и в первую очередь дальнего и ближнего перехвата.

Корабельный противоракетный комплекс дальнего перехвата оснащен противоракетой «Standart-3» мод. 1, которая является модификацией ЗУР «Standart-2» Block 4. Он предназначен для поражения баллистических ракет наземного, морского и воздушного базирования.

Корабельный противоракетный комплекс ближнего перехвата разрабатывается в США в рамках программы тактической ПРО на ТВД и будет интегрирован в корабельную многофункциональную систему оружия «Aegis» Его основу составят противоракеты «Standart-2» мод.4А, предназначенные для поражения тактических, оперативно-тактических, противокорабельных и крылатых ракет на дальностях до 150 км и высотах до 35 км.

Для повышения эффективности использования ресурса ЗУР (боевого потенциала) кораблей противоракетного барьера осуществляется объединение корабельных боевых и технических средств в общую многофункциональную систему оружия, которая представляет собой организационно-техническое объединение средств информации об окружающей обстановке, поражении и управлении на основе широкой модернизации автоматизированных систем боевого управления (АСБУ).

Так, в рамках программы барьера ПРО морских группировок США интегрируется корабельная автоматизированная система боевого управления «Иджис». Она составит основу новой модификации одноименной многофункциональной системы противоракетного оружия, которой оснащают современные крейсеры и эсминцы. При этом особое внимание уделяется программному обеспечению основных элементов системы, прежде всего, многофункциональной РЛС ANJSPY-1 А, В, D, так как она обеспечивает, прежде всего, высокие боевые возможности корабельных ЗРК, создаваемых на базе ЗУР «Standart» различной модификации.

Не менее важными элементами АСБУ являются автоматизированная командно-управляющая подсистема (КУП), автоматизированная подсистема ПУККО и подсистема управления стрельбой ЗУР Мк-99 и др.

Автоматизированная подсистема управления корабельными комплексами оружия (ПУККО) позволяет назначать огневые средства корабля (соединения или группы) для поражения выбранных целей.

РЛС по команде ПУККО обеспечивают полуактивное самонаведение только на конечном участке траектории, что повышает канальность до 22 ЗУР.

Подсистема управления стрельбой ЗУР Мк 99 включает 4 (на крейсере УРО) или 3 (на эсминцах УРО) канала наведения, число которых соответствует количеству РЛС подсвета ANJSPG-62 (диапазон частот от 5000 до 10900 МГц) и комплекта аппаратуры управления стрельбой, включающей 4 (3) мини-ЭВМ и многофункциональных пультов управления.

Таким образом, многофункциональная АСБУ «Иджис» способна принимать, хранить, обрабатывать и управлять пуском ЗУР типа «Стандарт» по целям в пределах всего воздушного пространства морского ТВД. Поэтому те корабли, на которых она отсутствует, помимо АСБУ «Иджис» и АСБУ ACDS (Advanced Combat Direction Sistem) будут оснащаться комплексной системой ПВО/ПРО SSDS. Однако АСБУ «Иджис» останется ядром системы управления корабля и основой для ведения совместных боевых действий в составе корабельного соединения, включая союзников по НАТО.

Развитие противоракетной обороны ВМС США и опыт локальных войн конца XX - начала XXI вв. свидетельствуют, что решающее влияние на создание барьерной ПРО кораблей оказали в основном три фактора:

переход от действий на морских (океанских) ТВД к боевым действиям в прибрежной зоне;

действия ВМС в составе коалиционных сил (взаимный обмен информацией и координация);

возрастающая угроза от противокорабельных ракет.

Последний фактор играет большую и даже обобщающую роль, прежде всего потому, что угроза противодействия кораблям ВМС сместилась в воздушно-космическую сферу. На сегодняшний день основным неядерным средством поражения кораблей на море (океане) Пентагон считает крылатые и баллистические ракеты воздушного базирования, что потребует в современных условиях и в перспективе от ударной авиации противника при нанесении ударов по морским объектам организовывать преодоление ПВО корабельных соединений (развитой и эшелонированной по построению) в 2 этапа. На первом этапе прорывать противоракетный (иногда многоэшелонный) барьер из кораблей - носителей многоканальных ЗРК; на втором - преодолевать противодействие оставшихся средств ПВО.

Дальнейшая модернизация сил и средств противоракетного барьера в системе управления «Иджис» предусматривает переход к АСБУ в интеграции систем СЕС и TBMD (Tactical Ballistic Missile Defcus - защита от наземных ОТБР), систем ПЛО LAMPS III block 2 и управление таким оружием, как ЗУР «Стандарте» block 3В, торпеды МК-50 (при атаке подводных лодок на перископной глубине).