Актуальное направление развития военной науки на современном этапе
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 9/1986, стр. 39-46
ВОЕННАЯ НАУКА И ПРАКТИКА
Актуальное направление развития военной науки на современном этапе
Вице-адмирал М. Д. ИСКАНДЕРОВ,
кандидат военных наук
Капитан 1 ранга Э. Г. ШЕВЕЛЕВ,
доктор военных наук
ХАРАКТЕРИЗУЯ курс Коммунистической партии и Советского правительства на ускорение научно-технического прогресса в различных областях народного хозяйства, Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев в Политическом докладе XXVII съезду партии подчеркнул, что суть его в новом качестве роста: во всемерной интенсификации производства на основе научно-технического прогресса, структурной перестройки экономики, эффективных форм управления, организации и стимулирования труда.
Как следует из материалов, опубликованных на страницах журнала «Военная Мысль» по проблемам укрепления связей военной науки и практики, в коллективах военных специалистов и ученых усиливается работа по поиску новых, эффективных путей ускорения научно-технического прогресса применительно к решению важнейших задач строительства, подготовки и повышения боевой готовности Советских Вооруженных Сил.
В наши дни советская военная наука переживает интенсивный этап своего развития, обусловленный резким качественным изменением средств вооруженной борьбы и характеризующийся возрастанием значения военной теории в решении практических задач. Возникающие неизбежные диалектические противоречия в процессе разработки актуальных научных проблем требуют их тщательного выявления, делового обсуждения и всестороннего, комплексного анализа в целях принятия эффективных мер по преодолению препятствий на пути дальнейшего развития советской военной науки. Стала очевидной необходимость применения более эффективных методов в военно-научных исследованиях. Среди них важную роль сейчас приобрел системный подход как общенаучная методология реализации законов материалистической диалектики для целостного восприятия анализируемых явлений, как совокупность принципов анализа и конструирования систем из различных элементов: сил и средств, разнообразных объектов, используемых по единому замыслу и плану.
Общеизвестно, что материалистическая диалектика как всеобщий метод познания автоматически не обеспечивает умелого применения его в научной и практической деятельности. Необходимы творческое использование законов диалектики и разработка на этой основе специальных методов научных поисков, свойственных той или иной отрасли военных знаний. Нужен конструктивный подход, переводящий исследования по актуальным проблемам военной науки на качественно новый уровень. Одним из эффективных методов решения этих проблем является моделирование процессов вооруженной борьбы.
Мы рассматриваем моделирование процессов вооруженной борьбы как ключевую проблему укрепления связей военной науки и практики. Почему именно она за последние годы стала исключительно актуальной? В условиях быстрого развития материальной базы войны одно из важнейших требований к советской военной науке состоит в том, чтобы она опережала практику военного дела, указывала ей путь и ускоряла ее, восполняя недостающие в силу ограниченности военной практики в мирное время знания о закономерностях вооруженной борьбы с применением современных средств поражения путем воспроизведения и исследования на моделях ее процессов с комплексным учетом важнейших факторов, определяющих 'ход и исход анализируемых боевых действий. Конечно, военная наука должна быть нацелена в первую очередь на решение важнейших практических задач строительства, подготовки и применения Вооруженных Сил. Ее отрыв от практических задач недопустим, так как известно, что практика является движущей силой, источником, основой и целью развития военной теории.
За последние годы произошла определенная' эволюция взглядов на постановку проблемы моделирования процессов вооруженной борьбы. Исследования по ее разработке в традиционной постановке были направлены до настоящего времени в основном на проведение оперативно-тактических расчетов по сравнительной оценке альтернативных вариантов применения сил и средств, способов и приемов их действий, разработанных командованием и штабами для прогнозируемых условий обстановки. Таким образом, результаты таких расчетов помогали воспроизвести и оценить какой-то один или несколько фрагментов анализируемых процессов действий сил в целях прогнозирования их исхода в мысленно воссоздаваемых моделях.
Для подготовки боевых действий с применением современных средств поражения и тем более для управления силами в ходе их проведения с учетом динамики развития обстановки этого стало недостаточно. Появилась необходимость иметь гибкий и эффективный инструмент выработки самих решений и планов, способный объединить знания, опыт, интуицию военачальников и все возрастающие возможности новейшей вычислительной техники, обладающей огромной памятью и быстродействием, способностью создать целостную картину боя, операции и позволяющей выявлять новые закономерности и связи вооруженной борьбы, развивающейся в пространстве и во времени, своевременно реагировать на изменения обстановки, управлять силами в реальном масштабе времени на основе моделирования, воспроизведения и анализа не отдельных фрагментов, а «киноленты» боевых действий. При этом моделируемые действия сил сторон должны получить как бы новое измерение - развертку во времени, что существенно расширяет возможности использования современных математических методов и ЭВМ не только для оценки состояния сил сторон на какие-то моменты времени, но и для выработки рекомендаций на применение своих сил в соответствии с изменениями обстановки. Таким образом, моделирование боевых действий должно пониматься как инструмент повышения точности оперативно-тактических расчетов и более высокой «организации мышления» командиров и штабов всех степеней, повышения-качества их интуитивного анализа обстановки.
В создании такого инструмента, по нашему мнению, следует видеть основную цель исследований по разработке проблемы моделирования вооруженной борьбы. Важнейшим их результатом должны явиться штабные модели военных действий тактического, оперативного и стратегического масштабов, предусматривающие переход от математического к имитационному моделированию анализируемых процессов.
Что же мешает практической реализации этих перспективных направлений? Известное выражение К. Маркса о том, что «наука только тогда достигает совершенства, когда ей удается пользоваться математикой», применительно к военной науке в силу свойственных ей специфических особенностей приобретает в наши дни новую интерпретацию: военная наука требует для своего дальнейшего развития повышения уровня формализованного описания процессов вооруженной борьбы. Без этого перехода к более высокому уровню абстрагирования невозможно полномасштабное использование прикладной математики и современной вычислительной техники в военном деле. Это позволит при разработке решений на применение сил, постановке им задач, планировании боевых действий и управлении силами в ходе их проведения объединить творческие возможности командиров и офицеров штабов, их интуицию, опыт, знания, способность предвидения и все возрастающие возможности электронно-вычислительной техники, ее память, быстродействие, оперативные режимы работы (диалоговый режим разделения времени и режим реального времени).
Сформулированное требование по существу отражает диалектическое противоречие, от разрешения которого зависит достижение необходимого сближения военной науки и практики сегодня. По твердому убеждению авторов, оно состоит, с одной стороны, в недостаточном уровне абстрагирования, описательном характере содержания тактики, оперативного искусства и теории стратегического применения видов Вооруженных Сил, с другой-в необходимости формализованного представления рассматриваемых ими закономерностей, форм и способов действий сил с тем, чтобы сделать их доступными исследованию в пространстве и во времени современными математическими методами и ЭВМ. В этой связи чрезвычайно важной является мысль В. И. Ленина, которая полностью применима и для военной науки, что «все научные (правильные, серьезные, не вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, полнее» (Полн. собр. соч., т. 29, с. 152).
Отсюда следует, что для перевода военно-научных исследований на качественно новый уровень, на новую научную технологию, широко использующую вычислительный эксперимент и ЭВМ, для 'дальнейшего развития военной науки и доведения ее до действенного универсального инструмента решения задач строительства, подготовки и применения Вооруженных Сил необходимы переход, к более высокому уровню абстрагирования-от словесного, содержательного к системно-структурному и далее к математическому описанию процессов вооруженной борьбы - и разработка на их основе методологии моделирования этих процессов с использованием ЭВМ.
Военная системология как методология моделирования процессов вооруженной борьбы. Анализируя возможные пути преодоления рассмотренного выше и других диалектических противоречий в развитии военной науки полезно обратиться к вечно живущим ленинским словам: «Условие познания всех процессов мира в их «самодвижении», в их спонтанейном развитии, в их живой жизни, есть познание их как единства противоположностей...» Только такая концепция «дает ключ к «скачкам», ...к «превращению в противоположность», к уничтожению старого и возникновению нового» (Поли. собр. соч., т. 29, с. 317).
В контексте ленинского понимания развития актуальным направлением исследований проблем моделирования процессов вооруженной борьбы при современном состоянии военной науки становится, по нашему мнению, разработка и формирование ее новой относительно самостоятельной предметной области - военной системологии.
Под военной системологией условимся понимать теорию, объектом исследования которой являются сложные материальные и идеальные системы военного назначения. Сложные материальные системы военного назначения включают различные технические системы, комплексы вооружения и военной техники, организационные системы (воинские коллективы людей) и смешанные (эргономические) организационно-технические системы как совокупности различных взаимодействующих и взаимосвязанных комплексов вооружения, военной техники, людей (личного состава), объединенных для решения комплексных военных или военно-технических задач в интересах обороны страны на основе единого замысла их использования.
Примером идеальной сложной системы военного назначения может служить, сама военная наука, представляющая собой систему знаний о законах и характере войны, о подготовке страны и Вооруженных Сил к войне, способах ее ведения.
Системология - молодая, формирующаяся наука, исследующая «системы» («сложные системы») самой различной природы. Ее основу составляет теория сложных систем. Вместе с тем она стремится объединить целый ряд и других научных логико-математических дисциплин, объектом исследования которых также являются сложные системы: системный анализ, системотехника, исследование операций, теория эффективности, кибернетика и др. Методология и аппарат научного исследования системологии получили за последние годы значительное развитие и благодаря своей общности и фундаментальности стали признаваться многими специалистами общенаучной методологией в самых различных областях человеческой деятельности. Основные идеи и методы системологии неразрывно связаны с фундаментальными положениями марксистско-ленинской философии о всеобщей связи и взаимообусловленности явлений в природе и обществе и, по существу, являются эффективным инструментом их практической реализации при разработке конкретных научных, технических, социально-экономических и военных проблем.
Важными подсистемами военной науки сейчас становятся теории видов Вооруженных Сил, и в частности теория ВМФ, которая в свою очередь содержит в качестве своих подсистем: общие основы, теории военно-морского искусства, строительства, воинского обучения и воспитания, управления, тыла ВМФ и военно-морскую историю. Каждая из перечисленных подсистем имеет также сложную структуру. Например, теория военно-морского искусства включает в себя: тактику, оперативное искусство и теорию стратегического применения ВМФ.
Системный подход к военной науке в ее развитии заключается в определенном понимании самого объекта исследования как системы, конкретизирующем основные принципы диалектики. При этом любой исследуемый объект должен рассматриваться как единое развивающееся целое, состоящее из иерархически взаимосвязанных частей, взаимодействующих с другими объектами, в понимании процесса исследования как системного по своей логике и применяемым средствам. При этом должны выполняться требования диалектики об объективном, всестороннем, конкретном исследовании явлений, когда сочетаются анализ и синтез, идет углубление в сущность, совершается восхождение от конкретного к абстрактному и далее к целостному знанию.
Как уже отмечалось в статье А. П. Дмитриева, системный подход проявляется не только в определенном понимании объекта и процесса исследования. Он влияет и на средства исследования, на совокупность применяемых понятий и методов, что требует умения видеть проблему с различных точек зрения, использовать для ее решения достижения ряда сопредельных наук, все необходимые методы в их единстве и взаимосвязи. Всесторонний, комплексный подход с этих позиций выступает как логическое завершение системного подхода, требование оценивать с системных позиций не только объект, но и цели, средства, пути исследования и др.
Коренные, революционные, качественно-количественные изменения в вооружении и технической оснащенности армии и флота на основе достижений науки и техники с неизбежностью привели к необходимости создания объектов-комплексов, целостных образований различной сложности и масштаба, объединяющих для военных задач и достижения желаемых целей различные виды оружия, боевой техники и личный состав. Их создание выдвинуло на первый план необходимость решения системно-структурных, функциональных, организационных и других проблем, которые, как известно, могут быть решены лишь на основе системного подхода. Поэтому такие комплексы стали называть военными организационно-техническими системами (ВОТС). Достоинство и преимущество этого понятия заключаются в его наибольшей общности и универсальности, в учете теснейшего взаимодействия техники и человеческого фактора. Так, например, в качестве ВОТС могут рассматриваться боевой корабль, корабельная ударная группа, включающая разнородные силы, соединение, объединение, вид боевого и специального обеспечения и др.
Представление о реальных военных Объектах, явлениях как о сложных системах, их огромное многообразие приводят к необходимости их систематизации и классификации по различным признакам и аспектам, которые целесообразно осуществлять в рамках теории ВОТС как важной составной части военной системологии. Предметом исследования этой теории должны стать в первую очередь «общесистемные» проблемы, связанные с рассмотрением главным образом функционально-структурных аспектов систем.
Теория ВОТС должна выступать как общая методология системного анализа и синтеза систем военного предназначения, создаваемых для решения конкретных боевых задач в вооруженной борьбе. Широким совместным и взаимосвязанным использованием различных методов исследования теория ВОТС должна отвечать на вопросы: как создать из совокупности выделенных для решения боевой задачи сил, средств и объектов различного назначения единую, постоянно или периодически (по мере необходимости) действующую систему, способную обеспечить максимальную реализацию их боевых возможностей при решении поставленных задач? Какими функциональными свойствами должна обладать создаваемая военная система для решения поставленной задачи в условиях быстроменяющейся обстановки? Каковы ее состав, структура; и режим функционирования? В каком направлении следует развивать силы и средства для создания из них ударных, обеспечивающих систем, способных противостоять перспективным соответствующим системам противника, превосходить их и успешно достигать поставленных целей в вооруженной борьбе и др.
В теории ВОТС основными формами их системного описания являются: структурное (описание состава элементов системы и всей совокупности их взаимосвязей), функциональное (описание всей совокупности функциональных свойств системы в их взаимосвязи и взаимозависимости) и информационное (описание информационных процессов в системе).
Понятийный аппарат теории ВОТС должен быть максимально формализован и однозначен. Структурное, функциональное и информационное описания систем призваны обеспечить переход к описанию этих систем «числом», т. е. множеством взаимосвязанных количественных параметров, и тем самым - к математическому моделированию их боевого применения.
Таким образом, теория ВОТС должна стать дополнительным и необходимым инструментом, междисциплинарной, методологией всех составных частей теории военного искусства (тактики, оперативного искусства и стратегии), обеспечивающей комплексное развитие и переход от словесного, содержательного описания вооруженной борьбы к системно-структурному и далее к ее математическому описанию как процесса взаимного воздействия друг на друга противоборствующих боевых систем. Следуя этим путем, именно через формализацию научных знаний все указанные составные части, военного искусства смогут подняться на более высокий теоретический уровень ,и. приблизиться к нуждам практики.
В соответствии с масштабами рассматриваемых военных действий целесообразно различать системы противоборствующих сторон тактического, оперативного и стратегического уровней. С позиций военной системологии вооруженная борьба предстает перед исследователями (а именно в этой роли выступают командиры, офицеры штабов, военные специалисты и ученые в своей многообразной деятельности), с одной стороны, как процесс взаимного воздействия друг на друга ВОТС противоборствующих сторон, с другой - как система, элементами которой являются различные взаимосвязанные и взаимообусловленные подпроцессы, ее составляющие. Такой подход существенно расширяет сложившиеся представления об изучаемом механизме вооруженной борьбы, открывает новые возможности для формализации анализируемых боевых действий и делает их более доступными исследованию с применением современных математических методов и ЭВМ.
Исследуемые процессы вооруженной борьбы приобретают четкие количественные очертания за счет интерпретации их процессами функционирования соответствующих ВОТС противостоящих сторон, а решение поставленной боевой задачи отождествляется с переводом соответствующей системы в определенное функциональное состояние, срывом процесса функционирования или выводом из строя системы противника.
При этом необходимо учитывать, что речь идет не о противопоставлении содержательного описания сложных систем и их функционирования системно-структурному или математическому описанию, а, наоборот, об их совместном применении, обеспечивающем наиболее точное, адекватное представление об изучаемых объектах (явлениях, процессах).
Содержательное системно-структурное и математическое описания являются моделями одного и того же объекта (явления, процесса), но разного уровня их абстрагирования, этапами восхождения от эмпирического до теоретического уровня познания изучаемых объектов, явлений.
С переходом к системно-структурному описанию открывается возможность для разработки конструктивного подхода, переводящего исследования по проблеме моделирования процессов вооруженной борьбы на качественно иной уровень, предусматривающий применение новой научной технологии - прикладной математики и вычислительного эксперимента на ЭВМ.
Таким образом, методы системологии, математического моделирования должны органически входить в тактику, оперативное искусство, стратегию, подкрепляя своими доказательствами,1 рекомендациями и выводами основные положения всех разделов военного искусства.
Проблема математического моделирования процессов вооруженной борьбы предполагает дальнейшее совершенствование и развитие прикладной математики, прежде всего той ее части, которая обслуживает потребности военной науки. Известно, что развитие фундаментальной и прикладной математики вызывается своими имманентными потребностями и практикой, которые в различных областях деятельности людей обусловили формирование качественно новых разделов математики, таких, как теория исследования операций, теория вероятностей, теория игр, автоматов, и др. На современном этапе потребности, вызываемые военной практикой и наукой, еще больше увеличились. Постоянно возрастающие техниконизация, энерговооруженность и мобильность соединений и частей армии и флота, развитие средств вооруженной борьбы создают неумолимую тенденцию сокращения времени на поражение цели с момента ее обнаружения, повышения мощности, дальнобойности1, точности, поражающей способности оружия и надежности боевой техники. Согласованное использование средств разведки, целеуказания, связи, управления и огневого поражения требует высокого уровня научного обеспечения в решении этих практических задач. От удачного и точного осуществления синтеза современных систем военного предназначения зависит эффективность их применения. Кроме того, в настоящее время реальные ВОТС боевого и специального назначения достигли такой высокой сложности, что проверку их эффективности в условиях мирного времени можно осуществить преимущественно на моделях. Таким образом, математическое моделирование становится одним из наиболее важных инструментов анализа и синтеза систем военного предназначения и повышения эффективности их применения в вооруженной борьбе.
В ВМФ накоплен определенный опыт исследований по проблемам военно-морского искусства, основанный на использовании идей и методов системологии. Их практическая реализация подготовлена самой историей развития теории ВМФ и диктуется объективной необходимостью комплексного и всестороннего учета целого ряда факторов, обусловленных количественными и качественными изменениями, происходящими в материально-технической оснащенности флотов, и резким усложнением форм и способов их применения в вооруженной борьбе на море. Содержание этих важных факторов изложено в статье адмирала флота Чернавина В. Н., в которой убедительно показано, что успешное решение сложнейших задач в современной войне с применением качественно нового оружия, боевых и технических средств возможно лишь путем комплексирования их в определенные совокупности - ВОТС, используемые по единому плану и замыслу. В современных условиях возникает проблема более гибкого, динамического формирования из существующих разнородных сил флотов непрерывно функционирующих систем, нацеленных на решение конкретных боевых задач и поддержание их готовности, обеспечивающей эффективное решение поставленных задач в любых условиях обстановки. Вместе с этим следует отметить также, что вероятный противник создал и постоянно совершенствует сложные, широко разветвленные, непрерывно действующие «системы борьбы» на океанских и морских ТВД, требующие их тщательного изучения специалистами в целях внимательного исследования и создания необходимых систем, способных сорвать любые замыслы агрессора.
Функциональные свойства систем противоборствующих сторон не могут определяться свойствами входящих в них элементов и требуют специальных исследований в рамках единой теории и методологии. Кроме того, механизм их воздействия имеет сложный характер и не может быть ограничен только традиционными путями решения боевых задач и требует всестороннего системного анализа. Все это еще более вызывает необходимость разработки теории ВОТС как составной части военной системологии, становится объективной реальностью наших дней, велением времени.
Решение этой задачи авторы видят прежде всего в повышении уровня методологической подготовки профессорско-преподавательского состава академий и вузов, научных сотрудников институтов, войсковых практиков, в глубоком освоении ими новых научных методов системного подхода в решении поставленных задач; в создании и формировании в учебных заведениях новых учебных циклов по военной системологии, прикладной математике, обслуживающих военную науку и практику; в подготовке офицеров-исследователей, специалистов по указанным научным дисциплинам. Такой подход, по нашему мнению, способствовал бы укреплению связи военной науки и практики на более высокой качественной основе.
Военная Мысль, 1985, № 1-3; 1986, № 1.
Воспоминания о К. Марксе и Ф. Энгельсе, ч. 1.- М..: Политиздат, 1983, с. 144.
Каган М. С. Система и структуры. Системные исследования. Ежегодник, 1983.- М.: Наука, 1983, с. 86.
Военная Мысль, 1976, № 12, с. 48.
Военная Мысль, 1983, № 12, с. 25.
