Американская доктрина неоглобализма
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 5/1986, стр. 72-80
НА МЕЖДУНАРОДНЫЕ ТЕМЫ
Американская «доктрина неоглобализма»
Полковник Е. И. ПОЛАВСКИЙ
Капитан 1 ранга Н. Н. ВИНОГРАДОВ
В НОВОЙ редакции Программы КПСС, принятой XXVII съездом партии, отмечается: «Чем сильнее ход исторического развития подтачивает позиции империализма, тем более враждебной интересам народов становится политика его наиболее реакционных сил. Империализм оказывает ожесточенное сопротивление общественному прогрессу, предпринимает попытки остановить ход истории, подорвать позиции социализма, взять социальный реванш во всемирном масштабе. Империалистические державы стремятся координировать свою экономическую, политическую и идеологическую стратегию, пытаются создать общий фронт борьбы против социализма, против всех революционных, освободительных движений».
Претендуя на мировое господство, империализм США - цитадель международной реакции и милитаризма - самозванно объявляет целые континенты зонами своих «жизненных интересов». Проводимая им политика диктата, навязывания неравноправных отношений с другими государствами, поддержки репрессивных антинародных режимов, дискриминации неугодных США стран дезорганизует межгосударственные экономические и политические отношения, препятствует их нормальному развитию.
Исходя из своей агрессивной политики, империализм Соединенных Штатов использует нагнетание международной напряженности для оправдания наращивания военных ассигнований, глобальных претензий, вмешательства в дела других стран.
При трактовке основных направлений внешней политики Вашингтона высокопоставленные представители администрации Рейгана все чаще стали употреблять термин «неоглобализм» («новый глобализм»), преподнося его как нечто принципиально новое в политике Соединенных Штатов и «прогрессивное» явление.
Внимательный анализ основных аспектов «неоглобализма», именуемого в западной печати как «доктрина Рейгана», показывает, что его новизна состоит разве что в приставке «нео», поскольку глобализм как суть внешней политики США уже более полутора веков прорастает своими корнями в американскую общественно-политическую систему. Начиная с «доктрины Монро», провозглашенной в 1823. году, Соединенные Штаты ввели в практическое обращение понятие «сфера исключительных жизненных интересов», объявив таковой всю Латинскую Америку. С укреплением экономической мощи американского империализма росли и аппетиты правящих кругов США, которых уже перестали устраивать масштабы «нового света», сфера их «жизненных интересов» начала распространяться за рамки Западного полушария. В 1945 году президент США Трумэн заявил: «Хотим мы этого или не хотим, мы обязаны признать, что одержанная нами победа возложила на американский народ бремя ответственности за дальнейшее руководство миром». В 1953 году Эйзенхауэр подтвердил эту же идею: «Судьба возложила на нашу страну ответственность за руководство свободным миром». Почти через 30 лет Рейган, продолжая курс своих предшественников в Белом доме, сразу же после прихода к власти объявил, что его администрация не может избежать «глобальной ответственности», и возложил на США роль «гарантов свободы и мира».
Что касается утверждений относительно «прогрессивности» глобализма, то разглагольствования по этому поводу перечеркиваются хотя бы тем, что военно-политический курс США привел к сколачиванию агрессивных блоков (НАТО, СЕАТО, СЕНТО, АНЗЮС и т. д.), развертыванию глобальной сети военных баз и оккупационных сил в Западной Европе, Азии, Африке, Латинской Америке, на Ближнем Востоке, на островных территориях Тихого, Атлантического и Индийского океанов. При этом преследуется триединая цель: создать реальную угрозу СССР и социалистическому содружеству в целом; укрепить военную оккупацию в целях сохранения преданных США режимов; защитить экономическую экспансию американских монополий.
В начале 80-х годов администрация Рейгана развернула кампанию по «борьбе с международным терроризмом», которая со временем практически оформилась в общегосударственную политику США на международной арене. В трактате государственного секретаря США Шульца «Терроризм и современный мир» (1984 год) содержался призыв к разработке «активной стратегии, которая вышла бьэ за рамки пассивной обороны» и предопределяла применение активных средств возмездия против тех государств, которые являются «пристанищем терроризма». При этом содержание понятия «терроризм» госсекретарь рассматривал довольно широко, включая в него прежде всего национальные и освободительные движения, хотя бы в какой-то мере ущемляющие интересы американского империализма. Речь шла о внешнеполитической доктрине, провозглашающей и предоставляющей США «право» на любое, в том числе и вооруженное, вмешательство в тех регионах земного шара, где Вашингтон усматривает наличие «угрозы национальным интересам». Прежде всего имелось в виду «право» на вмешательство во внутренние дела развивающихся стран с целью либо устранить от власти неугодные Белому дому правительства, либо, напротив, удержать у власти марионеточные диктаторские режимы, существованию которых угрожают национальные и освободительные движения.
Новое подтверждение имперских амбиций, стремления поставить себя в положение некоего «верховного судьи» человечества дал не так давно сенат США. Он одобрил законопроект о «наказании террористов за преступления, совершенные против американских граждан за границей». О том, как мыслят авторы сего противоправного документа распространить внутреннее законодательство США на весь мир, можно судить по истории перехвата американскими истребителями египетского самолета осенью прошлого года. Перехваченных намеревались «отбить» у Египта и Италии и перевезти в США, чтобы судить там. Известно, в какой международный скандал это вылилось.
Под прикрытием «борьбы с терроризмом» вашингтонские «ястребы» намерены открыто проводить политику государственного терроризма, присвоить себе «право» безнаказанно наносить за пределами своих границ удары по организациям и даже отдельным суверенным государствам, которые могут быть по усмотрению Вашингтона обвинены в «террористической деятельности». Это не что иное, как открытый международный разбой. Особенно ярким подтверждением тому является бандитское нападение США на Ливию.
Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Горбачев М. С, характеризуя международную обстановку на встрече с Премьер-Министром Швеции И. Карлссоном в Москве, решительно осудил беззаконие и произвол американской администрации в отношении Ливии. Вооруженным нападением на малую страну она разоблачила суть своего подхода к кардинальным международным проблемам. Эта акция, которую невозможно оправдать никакими доводами, - звено в цепи вызывающих и провокационных действий США, предпринятых в ответ на миролюбивые инициативы Советского Союза и направленных на то, чтобы сорвать поиски к улучшению международных отношений, погасить позитивные тенденции и надежды, появившиеся в результате женевской встречи. Они означают преднамеренное обострение советско-американских отношений.
«Фактическая агрессия Соединенных Штатов против Ливии, проявляемое ими пренебрежение к интересам малых государств и народов, - подчеркивается в Заявлении Советского правительства от 15 апреля 1986 года, - вызывают негодование во всем мире».
В истории наших дней со времен бандитского нападения США на Гренаду не найти столь вопиющего надругательства над международным правом и общечеловеческой моралью. Тот факт, что снова, после бомбардировки Ливии 25 марта 1986 года, Соединенные Штаты обрушивают удары на это суверенное арабское государство, неопровержимо свидетельствует, что нынешняя американская администрация нормой своей политики делает насилие, агрессию, воинствующий шовинизм.
Американская агрессия представляет собой наглый и откровенный вызов всему мировому общественному мнению. Какими бы «доводами» сейчас ни оперировали в Вашингтоне, фактом остается то, что именно администрация Соединенных Штатов является главным виновником нагнетания напряженности на планете, безответственно играющим судьбами миллионов людей.
Советское руководство предупреждало, что такого рода действия не смогут не затронуть отношения между СССР и США.
Все мировое сообщество, Организация Объединенных Наций и в первую очередь Западная Европа, страны НАТО поставлены перед серьезным выбором: пассивность, тем более попустительство или соучастие в такого рода действиях, грозит расстройством международных отношений с непредсказуемыми последствиями.
«В последнее время,- подчеркнул Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев,- агрессивная, провокационная политика получила в Вашингтоне сильный допинг с помощью «доктрины неоглобализма». Хотят убедить мир, будто речь идет о новом этапе борьбы за «демократию», против «коммунистической экспансии». Но то, что сходило с рук в прошлые времена,' теперь уже не срабатывает. Народы научились распознавать подлинные замыслы современной мировой реакции. Они видят, что на самом деле это все та же имперская политика, направленная на подчинение и закабаление, на подрыв и подавление национально-освободительных движений и неугодных Америке режимов. И сколько бы ни старались, не удастся изобразить в качестве радетелей демократии ни сомосовских головорезов, ни наемников и бандитов в Анголе и Мозамбике, ни заправил апартеида, ни организаторов геноцида - полпотовцев, ни тех, кто взрывает школы и мечети в Афганистане, ни американских интервентов и их прихвостней на Гренаде. Суть «доктрины неоглобализма» - это полное пренебрежение к общепризнанным нормам международных отношений, это посягательство на суверенитет государств, все та же безнадежная попытка лишить народы права строить свою жизнь по своей воле».
Необходимо отметить, что доктрина «неоглобализма» - это своеобразный «устав» глобального государственного разбоя. Не случайно при теоретическом и правовом обосновании главных положений, целей, конкретных средств и методов практической реализации этой доктрины особое внимание уделяется разработке концепции «конфликты низкой интенсивности» (КНИ).
По заданию Пентагона и государственного департамента крупные научные центры США провели ряд широкомасштабных исследований и разработок. В периодической печати появились публикации и труды военных теоретиков, посвященные этой проблеме. А в начале 1986 года под эгидой университета национальной обороны США была проведена специальная научно-теоретическая конференция. Политический тон этому мероприятию задали приглашенные министр обороны Уайнбергер, госсекретарь Шульц и бывший представитель США при ООН Киркпатрик. Они пытались переложить ответственность за так называемые «конфликты низкой интенсивности» с больной головы на здоровую, т. е. с США на СССР. Реакционные силы империализма всюду видят «руку Москвы». А между тем подлинные истоки многих конфликтов в Азии, Африке, Латинской Америке - бедственное положение развивающихся стран в результате беспощадной их эксплуатации империалистическими государствами, прежде всего США.
На упомянутой конференции Киркпатрик попробовала доказать безопасность ответных мер в форме КНИ и отметила, что они стали развиваться лишь с того момента, когда использование ядерного оружия в соответствии с концепцией «устрашения» стало немыслимо, а обеспечение равновесия обычных сил превратилось в слишком дорогостоящую конфронтацию. Ссылаясь на опыт гренадской авантюры 1983 года, Киркпатрик сделала вывод о полной безнаказанности любого краткосрочного силового действия, любого вмешательства Соединенных Штатов во внутренние дела стран «третьего мира».
С подведением такого базиса под концепцию КНИ военно-политическое руководство США в настоящее время возводит ее в ранг одного из основных положений военной доктрины, определяющих направления, формы, методы и средства противоборства с Советским Союзом на международной арене с целью достичь единоличное лидерство в мировом масштабе.
Что же понимается под конфликтами низкой интенсивности, какое содержание вкладывается в это понятие и какие мероприятия осуществляются американской администрацией по практической реализации этой концепции?
В американских публикациях по военно-политическим вопросам, в официальных документах Пентагона и государственного департамента при классификации войн и вооруженных конфликтов наряду с категориями «всеобщая и ограниченная война» в последнее время широко используются и такие понятия, как «конфликты высокой, средней и низкой интенсивности». Считается, что их содержание включает все возможные войны и вооруженные конфликты, к участию в которых должны быть готовы вооруженные силы, а также экономические, политические и идеологические действия, предпринимаемые США для достижения политических целей. При этом понятия «конфликты высокой и средней интенсивности» по своей сути практически равнозначны понятиям «всеобщая и ограниченная война». Употребляются они только по отношению к войнам между общественно-политическими системами или отдельными государствами. Существенных разногласий по поводу их трактовки в американских официальных изданиях не отмечается.
Что касается термина «конфликты низкой интенсивности», то единого подхода к определению его сущности на данном этапе пока не выработано, хотя разногласия касаются больше формы, чем содержания. «Сдерживание» и «отбрасывание» коммунизма во всемирном масштабе с использованием всех имеющихся у США и западного мира сил и средств, борьба против прогрессивных, национальных и освободительных движений остаются основой КНИ, имевших место в военно-политической практике Соединенных Штатов, которые, как отмечается в сборнике «Отчуждение: Америка и мир», с 1798 по 1945 годы более... 150 раз осуществляли вмешательство за границей в районах, простирающихся от Мексики, Центральной Америки и Карибского бассейна до Европы, Филиппин и Азии. За 40 последних лет США прибегли к применению военной силы или угрозы ею около 300 раз. Они развязали две крупные войны (против Кореи и Вьетнама), были подлинными инициаторами большинства других вооруженных конфликтов, в которых погибло свыше 10 млн. человек.
Как свидетельствует практика, обобщенные взгляды на формы и способы подавления национально-освободительных движений преподносились в США как «малые войны», «локальные войны», «конфликты третьего мира» и т. п. В последнее время на вооружение принят апробированный и довольно прочно устоявшийся термин - «конфликты низкой интенсивности».
Взгляды официальных представителей американской администрации в отношении содержания понятия КНИ нашли свое отражение в выступлении государственного секретаря США Шульца на упоминавшейся выше научно-теоретической конференции. «Конфликты низкой интенсивности, - заявил он, - это терроризм во всем мире». Это проводимая американским империализмом политика гегемонизма, диктата, навязывания неравноправных отношений с другими государствами, поддержки репрессивных антинародных режимов, дискриминации неугодных США стран - т. е. все то, что дезорганизует международные государственные экономические и политические отношения, препятствует их нормальному развитию.
Более подробно это понятие излагается в уставе армии США FM 100-20 «Конфликты низкой интенсивности». В нем определяются истинные цели Соединенных Штатов в такого рода конфликтах, привлекаемые силы и средства для их проведения, а также используемые формы, методы и способы ведения боевых действий в них. Согласно уставу все КНИ имеют две разновидности - тип «А» и тип «Б».
Под конфликтами типа «А» понимаются «внутренние меры оборонительного характера местного правительства и мероприятия США в рамках оказания помощи «на нужды развития» с привлечением вооруженных сил США для установления, сохранения или поддержания контроля над отдельными районами, которым угрожают партизанские действия, революционные выступления, подрывные акции или другие формы и методы борьбы враждебных сил, преследующих своей целью захват власти внутри страны». Типичным образцом конфликта типа «А», по мнению американских военных теоретиков, является вооруженная акция США против Гренады в 1983 году.
Конфликты типа «Б» определяются уставом как «внутренние меры оборонительного характера местного правительства и мероприятия США в рамках оказания помощи «на нужды развития» с привлечением американских советников, боевой поддержки и тылового обеспечения боевых действий местных или дружественных вооруженных сил, добивающихся установления, сохранения или поддержания контроля над отдельными районами, которым угрожают партизанские действия, революционные выступления, подрывные акции или другие формы и методы борьбы враждебных сил, преследующих своей целью захват власти внутри страны». Наиболее показательным примером КНИ типа «Б» являются борьба проамериканских реакционных режимов стран Центральной Америки против национально-патриотических движений, а также действия контрреволюции против законных, но неугодных США правительств в Никарагуа, Анголе, Афганистане, Кампучии, Эфиопии и других развивающихся государствах прогрессивной ориентации, которые поддерживают тесные связи . с Советским Союзом и другими странами социалистического содружества. Участие Соединенных Штатов в КНИ типа «Б» характеризуется, помимо оказания военной помощи, проведением широкомасштабных политических, экономических и психологических мероприятий.
Таким образом, в понятие «конфликты низкой интенсивности» (по официальным американским взглядам) включаются все возможные в межгосударственных отношениях формы вооруженного насилия, которые не входят в понятие «конфликты средней и высокой интенсивности», а также демонстрация силы, экономические, политические и идеологические действия, предпринимаемые США в ответ на внутриполитические события в «третьих странах», которые затрагивают американские интересы. Например, в Центральной Америке, ставшей для администрации Рейгана своего рода испытательным полигоном по проверке действенности концепции КНИ, четко проявились ее основные составные элементы. Все началось с так называемого «советско-кубинско-никарагуанского экспансионизма». Активные политические консультации с разваливающимся сальвадорским режимом, расширение ему экономической помощи и военных поставок были преподнесены Белым домом как ответные меры на «подрывную деятельность марксистов» в регионе Центральной Америки. Дальше-'больше: американское оружие и боевая техника пошли широким потоком в Сальвадор, в учебных центрах США была организована военная подготовка подразделений войск сальвадорского режима, в страну прибыли американские военные советники, которые непосредственно на поле боя руководят проведением операций против повстанческих отрядов сальвадорских патриотов. Параллельно Вашингтон развернул активную подрывную борьбу против сандинистского правительства в Никарагуа, оказывая всестороннюю военную помощь контрреволюционному отребью. В Гондурасе Пентагон проводит курс на создание и закрепление здесь постоянного военного присутствия, маскируя эту деятельность проведением следующих одно за другим военных учений и маневров, а также создание в этой стране развитой военной инфраструктуры. Все эти меры американской администрации сопровождаются нагнетанием пропагандистской напряженности в международном масштабе вокруг «происков Советов» и «руки Москвы» в Западном- полушарии.
Прибегая к различным уловкам и ухищрениям по тщательной маскировке истинных причин возникновения, сущности и характера КНИ, американские специалисты выдвигают и обосновывают в качестве основных такие критерии их оценки, как размах, число участвующих сторон, степень вовлечения в них регулярных вооруженных сил, применяемые сторонами формы и способы боевых действий и т. п. «Низкая интенсивность» - не что иное, как словесный камуфляж, за которым скрываются опасные для дела мира агрессивные установки, которые, как отмечается в зарубежной печати, «приведут к новому раунду военных интервенций в третьем мире». Под нейтральным и не вызывающим особой тревоги термином «конфликты низкой интенсивности» скрываются скрупулезно спланированные и в достаточной степени отработанные действия реакционных сил в глобальном масштабе против национальных и освободительных движений, правительств прогрессивной ориентации. Экономическая, политическая и военная поддержка реакционных режимов и контрреволюционных группировок Соединенными Штатами на всех этапах развития конфликтов рассматривается как обязательный элемент их содержания. Однако важнейшими и наиболее эффективными формами участия в КНИ считаются угроза применения силы и прямое вооруженное вмешательство в дела стран развивающегося мира. Последнее имеет решающее значение в определении места и роли КНИ в общей системе взглядов американского военно-политического руководства на войны и военные конфликты, к развязыванию которых постоянно и целенаправленно готовятся вооруженные силы США.
Придавая в своей политике первостепенное значение глобальному противоборству с Советским Союзом и считая его «источником» угроз американским интересам в странах «третьего мира», администрация Рейгана рассматривает все международные конфликты только сквозь призму конфронтации с СССР. Такой подход неизбежно извращает характер возможных конфликтов в развивающихся странах и в значительной мере затрудняет разрешение их путем переговоров, мешает международному сотрудничеству при решении возникающих проблем. В агрессивных планах американского военно-политического руководства КНИ рассматриваются не как второстепенный или обособленный вид боевых действий, а как неотъемлемая составная часть официальной военной стратегии «реалистического устрашения», как наиболее целесообразная в сложившейся обстановке форма вмешательства Соединенных Штатов во внутренние дела развивающихся стран, а также конфронтации с Советским Союзом в глобальном масштабе.
С признанием в США правомерности и соответствия концепции КНИ задачам по «вытеснению» Советского Союза из стран развивающегося мира Соединенные Штаты на протяжении ряда последних лет активно внедряют ее основные положения в практику строительства вооруженных сил. При этом главные усилия концентрируются на совершенствовании разведки, наращивании .потенциала сил специального назначения, повышении стратегической мобильности вооруженных сил США. Одновременно расширяется военная помощь марионеточным режимам, активизируется пропагандистское обеспечение военно-политического курса администрации Рейгана.
Совершенствование разведки направлено на разработку более эффективных методов сбора и обработки информации, активизацию контрразведывательных мероприятий, расширение масштабов и количества скрытых подрывных операций в целях оказания влияния на развитие политических событий за рубежом.
Наращивание боевых возможностей сил специального назначения осуществляется с учетом их целевого предназначения и решения трех основных задач. Во-первых, оказание военной поддержки дружественным США режимам в повышении боеспособности их вооруженных сил. В последнее время широко обсуждается идея создания так называемых «сил сотрудничества» - смешанных диверсионно-десантных групп, состоящих из военнослужащих американских сил специального назначения и солдат-союзников из стран «третьего мира», прежде всего проамериканской ориентации. Во-вторых, использование специальных высокоманевренных отрядов в кризисных ситуациях, когда применение сил общего назначения неэффективно. В-третьих, осуществление рейдов групп специального назначения в глубокий тыл противника для проведения диверсионных актов и психологических подрывных операций в ходе военных действий с использованием обычного оружия.
Показателем особой заботы Пентагона о силах специального назначения является увеличение бюджетных ассигнований на их развитие с 441 млн. в 1982 году до 1,2 млрд. долларов в текущем финансовом году. За этот же период их численность возросла с 11 до 15 тыс. человек, а к концу текущего десятилетия будет доведена до 20 тыс. В 1984 году создано объединенное управление специальных операций, на которое возложены функции управления, контроля и разработки планов подготовки и обучения специальных групп всех видов вооруженных сил США. Главное внимание уделяется поставке высокомобильных средств переброски и быстродействующих средств связи для сил специального назначения.
Военная помощь предоставляется Соединенными Штатами прежде всего тем государствам, которые не возражают против использования своей территории вооруженными силами США, гарантируют доступ к стратегическим минеральным и энергетическим ресурсам и в целом способствуют повышению американского влияния и авторитета в международном масштабе. Особое место в программе военной помощи отводится контрреволюционным группировкам в странах прогрессивной ориентации, которые при прямой поддержке США ведут вооруженную борьбу против законных правительств в Афганистане, Никарагуа, Анголе, Кампучии и др. Как отмечает в американской газете «Ньюсдей» сотрудник вашингтонского института изучения политических проблем П. Корнбло, только за последние пять лет по каналам ЦРУ оказана помощь афганским душманам на полмиллиарда долларов, никарагуанской контрреволюции - на 150 млн. долларов. Президент Рейган потребовал от конгресса предоставления в этом году дополнительно 100 млн. долларов для антикампучийских банд, базирующихся в Таиланде. Администрация США намерена также в рамках программы тайной помощи выделить антиправительственной группировке, Савимби в Анголе 15 млн. долларов.
В практическом претворении в жизнь доктрины «неоглобализма» и концепции «конфликты низкой интенсивности» большое значение придается мобильности вооруженных сил. Созданное в 1983 году объединенное центральное командование ВС США (СЕНТКОМ) с зоной ответственности, охватывающей 19 стран Ближнего и Среднего Востока и Африканского Рога, служит именно этой цели. Для замыкающихся на СЕНТКОМ сил быстрого развертывания (около 250 тыс. человек) отрабатываются самые современные способы воздушных и морских перевозок, создаются запасы оружия и боевой техники на судах заблаговременного складирования в Индийском океане. Ускоренными темпами продолжается выполнение программы по формированию так называемых «легких дивизий» в составе сухопутных войск США, которые, по американским взглядам, наиболее пригодны для использования в странах «третьего мира» и эффективны в конфликтах низкой интенсивности. Запланировано создать пять таких дивизий. Они будут в состоянии обнаруживать и уничтожать противника на его территории, используя инициативу, скрытное выдвижение и внезапность.
КПСС и Советское государство противопоставляют авантюристической, имперской политике США ясный конструктивный курс, ведущий к позитивному перелому в международных отношениях и призывающий к отказу от применения вооруженного насилия в межгосударственных отношениях. Любые претензии США на мировой диктат и право использовать интервенцию для достижения своих амбициозных внешнеполитических целей обречены на провал.
Власть имущим за океаном следовало бы, однако, до конца осмыслить вывод, сделанный в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии: «Военная сила, на которую уповают США, чтобы сохранить статус-кво, защитить интересы монополий и военно-промышленного комплекса, предотвратить дальнейшие прогрессивные преобразования в освободившихся странах, может только осложнить положение, породить новые конфликты».
Правда, 1986, 27 марта.
Устав армии США FM 100-20, 1981, с. 14.
Устав армии США FM 100-20, с 14.
