М. Н. Тухачевский разработка концепции военной мощи Советского государства
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 5/1991
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
М. Н. Тухачевский: разработка концепции военной мощи Советского государства
Полковник В. А. ПЕСОЦКИЙ,
кандидат философских наук, доцент
В 20-30-е годы для военной науки были характерны поиски оригинальных решений проблем, связанных с обороноспособностью социалистического Отечества. Важная роль в разработке теории военной мощи государства принадлежит М. Н. Тухачевскому, жизнь которого трагически оборвалась в 1937 году. Изучение его творческого наследия, Особенно по данной проблеме, Несомненно, представляет интерес и. в теоретическом, ив практическом плане.
Взгляды Михаила Николаевича на военную мощь государства основывались на методологических положениях классиков марксизма-ленинизма, рассматривавших войну как сложное социальное явление, специфическое состояние общества, касающееся всех его сторон - политической, экономической и др. Он широко использовал диалектическими метод, умело применял принцип историзма. В своих трудах часто брал примеры из прошлых войн, на их опыте доказывал верность тех или иных суждений. Особое внимание М. Н. Тухачевский уделял анализу первой мировой войны. И это не случайно. Возникнув в условиях развивающегося империализма, поразив умы буржуазных военных теоретиков своими грандиозными масштабами, она заставила по-новому взглянуть на проблему подготовки государства к войне. Его настораживала оторванность господствовавших в то время военно-стратегических концепций от объективного положения дел в экономике и политике.
Ход и исход первой мировой войны побудили военных теоретиков на Западе критически переосмыслить взгляды на войну и военную мощь государства. Появились работы, в которых последняя рассматривалась уже не как явление, тождественное чисто военному фактору, в частности боевой мощи армии, а более сложно - как система, включающая в себя, помимо военного фактора, еще ряд других элементов. Польский генерал Т. Ромер в статье «Будущая война» писал: «Несомненно, что в будущей войне борьба будет происходить в трех сферах: военной, экономической и психологической (политической. - В. П.). Весьма вероятно, что в будущей войне экономическая и психологическая борьба будет вестись еще ожесточеннее, чем в минувшую мировую войну». Ему вторит американский генерал А. Вильяме, заявляя, что война переросла арсеналы. Подобной точки зрения придерживался и военный министр США Э. Девис.
Эти взгляды на подготовку к войне легли в основу доктринальных положений, принятых западными военными теоретиками в связи с разработкой планов новой войны, и прежде всего против Советского Союза. Преследуя прежнюю политическую цель - ликвидацию Советского строя в России, они определяли основные направления подготовки к нападению на СССР, исходя из того, что будущая война затронет главные сферы жизни общества. В о-п е р в ы х, предполагалась политическая подготовка нападения, выражающаяся в попытках образования единого антисоветского фронта империалистических государств и осуществления политической изоляции Советского Союза. В о-в т о р ы х, планировалось экономическое давление (имеющее тенденцию в дальнейшем вылиться в форму экономической блокады) в целях сужения его внешнеэкономических связей, подрыва хозяйственного положения и нарушения внутренней, устойчивости. В-третьих, организация военной интервенции, которая должна была явиться последним этапом в подготовке к нападению. Считалось, что именно на этом этапе должна была последовать реализация всех факторов в сочетании - военного, политического и экономического.
Рассматривая политический потенциал военной мощи государства, М. Н. Тухачевский в своих суждениях исходил из содержания, которое вкладывал в понятие «политика» В. И. Ленин (Поли. собр. соч., т. 33, с. 340). В статье, написанной для Большой Советской Энциклопедии, Михаил Николаевич, опираясь на ленинскую методологию, особо подчеркивал, что, являясь продолжением политики, война вместе с тем не означает отмены или замены ее. В анализируемом соотношении он рассматривал политику и войну как целое и часть. На этой основе строились все последующие рассуждения.
Исходя из известного классического положения о наличии в политике классов и государств, совокупности ее внутренних и внешних сторон и признавая приоритет внутренней политики над внешней, М. Н. Тухачевский развивал эту мысль, подвергал анализу общеполитические условия эпохи, которые чрезвычайно увеличивают, по его мнению, удельный вес политического фактора в войне, а следовательно, и в военной мощи государства, субординировал их по признаку принадлежности к внешней или внутренней политике. Он пришел к выводу, что будущая война еще в большей степени, чем все предыдущие, вскроет внутренние противоречия принимающих в ней участие государств, послужит грозным испытанием прочности всех социально-экономических систем, последнее слово в ней скажет политический фактор.
Обращаясь к оценке общеполитической ситуации на международной арене, Михаил Николаевич отмечал, что проблема нападения империализма на Советский Союз очень сложна. Существует целый ряд причин, которые не позволяют империалистам прийти к однозначному решению этого вопроса. Речь идет прежде всего о том, что «положение различных буржуазных государств и их заинтересованность в интервенции против СССР различны». С одной стороны, закончившаяся мировая война солидно подточила ресурсы участвовавших в ней стран и их восстановление требовало определенного времени. В этом плане некоторые государства предпочитали видеть в Советском Союзе торгового партнера, учитывая, что «русский рынок» сулит немалые прибыли. С другой стороны, провал военной интервенции показал правящим кругам империалистических держав, что свергнуть Советскую власть с помощью военной силы им не удастся. Однако и после понесенных поражений часть буржуазных деятелей продолжала оставаться на старых позициях. Другие же считали, что надо действовать иначе. Они намеревались в новых условиях добиться победы над социализмом более гибкими экономическими методами.
Придавая огромное значение политическому фактору, М. Н. Тухачевский не ограничивался исследованием отдельной стороны военной мощи государства, а стремился рассмотреть явление во взаимосвязи всех его сторон. Предостерегая от возможной ошибки, связанной с абсолютизацией роли этого фактора в войне, он указывал, что такое представление может привести к отрицательным последствиям и к выводам, что победа СССР в войне могла бы быть достигнута без больших военных и экономических усилий, поскольку политический фактор работает на нас. «Плох тот стратег, - говорил он, - который в современных условиях мечтает выиграть войну без учета политической обстановки, без использования благоприятных для себя политических факторов... Но еще хуже тот политик, который вздумает в нашу эпоху ожесточенной борьбы классов и массовых вооружений добиться своих целей, не прибегая к крайности, или по крайней мере очень серьезному напряжению своего государства в экономическом и военном отношении».
Анализируя экономический потенциал государства, М. Н. Тухачевский в своих рассуждениях использует ленинское понимание диалектики политики и экономики (Поли. собр. соч., т. 36, с. 327). Исследование данной проблемы в 20-е годы имело особую важность в связи с тем, что в это время закладывались основы военной мощи первого в мире социалистического государства и от правильного решения во многом зависела жизнеспособность страны перед лицом многочисленных противников.
Отмечая неразрывную связь экономики и обороноспособности страны, Михаил Николаевич подчеркивал, что «обороноспособность государства в современной войне определяется, главным образом, качественным и количественным развитием его производительных сил». К этой мысли он обращается и в работе «Будущая война», акцентируя внимание на том, что вследствие чрезвычайно широкого размаха войны «одним из важнейших факторов, определяющих военную мощь страны, является состояние общей экономики, и в первую очередь промышленности, и... военная подготовка». Ставя в прямую зависимость численность армий на фронтах от военно-производственных возможностей и размеров получения боевого снабжения, он считал, что для СССР в этом отношении сложатся специфические условия, связанные прежде всего с политическими причинами: классовым характером мировой войны с империалистическими государствами. Это в свою очередь, безусловно, выразится в установлении со стороны Запада экономической блокады Советского Союза. В таком случае стране придется исходить из необходимости базировать снабжение Красной Армии исключительно на внутреннем производстве, что потребует от экономики дополнительного напряжения.
Исходя из сложившихся условий, М. Н. Тухачевский делает вывод, что максимальное обеспечение хозяйственной самодеятельности, освобождение от внешней зависимости в экономическом плане, подготовка промышленности и всего народного хозяйства к войне являются важным фактором, определяющим военную мощь. Поэтому на разрешение поставленных задач необходимо направить все усилия и выделить требуемые материальные средства. Великая Отечественная война на практике подтвердила правоту этих высказываний. Исследуя зависимость состояния армии, ее боевой готовности от экономических возможностей страны, Михаил Николаевич опирался на опыт первой мировой войны, которая показала конкретную связь между действующими вооруженными силами и самыми отдаленными хозяйственными районами страны и продемонстрировала, что нарушение в ту или другую сторону равновесия влечет за собой неминуемую катастрофу. Именно поэтому он и отстаивал необходимость координации плана строительства вооруженных сил с планом развития народного хозяйства СССР.
В 1926 году Штабом РККА во главе с М. Н. Тухачевским были разработаны пятилетний план строительства вооруженных сил на основе соответствующего плана развития народного хозяйства страны и мобилизационная заявка на год ведения возможной войны, которая предусматривала размер требований обороны на случай начала боевых действий. Впервые развитие армии и укрепление обороноспособности государства ставились в прямую зависимость от состояния промышленности и экономики в целом.
Михаил Николаевич считал, что рост авиационных и танковых сил правильнее всего можно определить, если исходить из производственных возможностей, а не из увеличения существующих авиа- и бронесил РККА на столько-то и столько-то процентов. Учитывая необходимость координации перспективного плана строительства вооруженных сил в количественном и качественном отношениях с перспективой развития отраслей промышленности, был составлен на основе пятилетнего плана строительства вооруженных сил и их состояния пятилетний план заказов промышленности. Он включал: выполнение всех мероприятий по техническому оснащению Красной Армии, насыщение армии мирного времени недостающими ей техническими средствами, накопление мобзапасов, обеспечивающих развертывание вооруженных сил.
Перед военными теоретиками встал жизненно важный для страны вопрос: как можно осуществить рост военной промышленности, не снижая темпов развития экономики для удовлетворения растущих потребностей населения? Разрушенная экономика еще только начинала становиться «на ноги». В этих условиях отвлечение значительной части средств для строительства оборонных предприятий могло поставить под угрозу срыва общий план развития народного хозяйства, а неокрепшее государство - на грань экономической катастрофы. С другой стороны, международная обстановка диктовала необходимость всестороннего повышения обороноспособности страны.
Выход из данного противоречия М. Н. Тухачевский предложил искать в использовании такого явления экономики, как многокачественность. Он указывал на возможность ассимиляции производства, которая должна представлять из себя двусторонний процесс: военные производственные мощности, частично занимающиеся выпуском мирной продукции, и гражданские производства, которые путем дополнительных затрат приспосабливаются к быстрому переходу на военные рельсы. В этом он видел единственную возможность покрытия военных потребностей. Мобильность промышленности позволяла решать оборонные задачи, не замедляя темпов мирного строительства. Мобилизация промышленности, предусматривавшая в случае войны перевод ее с выпуска мирной продукции на удовлетворение потребностей действующей армии, имела наряду с качественными и количественные параметры, характеризующиеся, с одной стороны, скоростью перевода производства на военные рельсы, а с Другой - его способностью выпускать необходимое для фронта количество продукции. Указывая на этот факт, М Н. Тухачевский писал, что мобилизация промышленности, во-первых, будет происходить гораздо быстрее, во-вторых, в эти короткие сроки она начнет выпускать во много раз больше военной продукции, чем в прошлую войну. Способность страны к быстрой мобилизации своих промышленно-экономических ресурсов является одним из крупнейших показателей ее военной мощи.
Экономический потенциал в системе военной мощи государства имеет две стороны. Первая - возможности производительных сил общества по обеспечению потребностей войск, К ней относятся: степень развития промышленности, сельского хозяйства, транспорта, связи; уровень научно-технического прогресса; профессионально-квалификационная структура населения, его численность; сырьевые ресурсы и размещение производительных сил. Рассматривая эту сторону, Михаил Николаевич отмечал, что все входящие в нее элементы находятся в диалектической взаимосвязи, предполагающей обусловленность каждого из них всеми остальными и зависимость всех от возможностей любого из них. Иллюстрируя эти сложные отношения, он приводил пример из истории первой мировой войны. Составляя план войны, А. Шлиффен, как и весь германский генеральный штаб, понимал, что если Центральный союз будет окружен и война затянется, то Германия лишится способности ее вести. Поэтому основной предпосылкой для ее ведения являлось обеспечение за собой таких географических театров войны, которые позволили бы по мере накопления сил применять их для решительной вооруженной борьбы. Когда же этого сделать не удалось, то, как писал М. Н. Тухачевский, даже самые крупные успехи германской милитаризованной промышленности не могли заполнить той дыры, которая создавалась людским и продовольственным голодом. Затяжка войны на французском театре предрешала разгром Германии. Этому выводу он предпослал подробный сравнительный анализ возможностей производительных сил Антанты и Центрального союза. Вторая сторона экономического потенциала - это система производственных отношений и экономическая организация, способствующая реализации возможностей производительных сил или тормозящая их. Этот аспект проблемы рассматривался при анализе политического фактора военной мощи государства.
Определяя место экономического потенциала в системе военной мощи государства, Михаил Николаевич обращал внимание на то, что экономика страны в преддверии новой войны должна быть готова не только обеспечить потребности армии в оружии, боевой технике, но и сохранить свою жизнеспособность в послевоенный период. Он считал, что только в этом случае мы сможем сохранить свои социалистические завоевания и не станем легкой добычей для империалистов Запада. Здесь и в других работах подчеркивается, что экономика государства, являясь основой его военной мощи, выполняет не только функцию обеспечения материального базиса войны, но и выступает в качестве самого надежного гаранта мира, необходимого для строительства социализма в СССР.
Переходя к анализу военного потенциала и определению его роли в системе военной мощи государства, Михаил Николаевич связывал это непосредственно с боевой мощью вооруженных сил и мобилизационными возможностями страны. Отдавая должное анализу экономических вопросов, он отмечал, что самая трудная часть работы - это подготовка к войне источников комплектования Красной Армии - трудящихся масс РСФСР. Считая, что численность вооруженных сил и их техническое снабжение составляют основу боевой мощи армии, и опираясь на вывод о том, что войны современной эпохи ведутся всем народом, а моральный дух армии тесно связан с настроениями народных масс, он придавал особое значение подготовке их к войне и в решении этого вопроса видел два пути. Первый - организация общественного мнения и разъяснение массам правды о целях и характере предстоящей войны. Работа должна осуществляться системой политико-идеологических мероприятий, проводимых правящей партией. Второй - непосредственная подготовка населения к участию в вооруженной борьбе.
Опираясь на решения VI конгресса Коминтерна, М. Н. Тухачевский исходил из того, что основной задачей коммунистических партий является настойчивая повседневная идеологическая борьба против военной идеологии империализма, притупляющего остроту классовых противоречий, затемняющего действительные классовые цели буржуазии и скрывающего подготовку империалистических войн. Говоря о непосредственной подготовке населения СССР к участию в вооруженной борьбе с агрессором, он связывал ее реализацию с проведением работы по двум направлениям. Во-первых, основную роль должно было сыграть прохождение службы в вооруженных силах. Пятилетний план строительства вооруженных сил намечал увеличить численность отмобилизованной армии к 1929-1930 годам до 3 500 000 человек. Осуществление перехода от смешанного принципа комплектования армии к кадровому позволило значительно расширить число подготовленных военнообязанных, повысить мобилизационные возможности страны в качественном отношении и тем самым укрепить ее боевую мощь. Во-вторых, большое значение имело развитие добровольных обществ, различного рода кружков и курсов, в которых осуществлялась военная подготовка населения. Работа таких организаций оправдала себя полностью. В этом можно убедиться на примере Осоавиахима, в рядах которого 1 января 1941 года находилось 13 млн. человек.
Особое значение М. Н. Тухачевский придавал Красной Армии, функционировавшей по штатам мирного времени. В случае мобилизации она должна была стать костяком многомиллионной армии военного времени, ее основой. Подчеркивая этот факт, он отмечал: «Война была бы бессмысленной, войну нельзя было бы вести, если бы не было вооруженных сил, если бы они не были готовы громить противника. Эти вооруженные силы необходимы для защиты каждого государства даже в том случае, когда война ведется всем народом. Отсутствие вооруженных сил может стать гибельным для всякого государства» .
В связи с этим Михаил Николаевич выступал за скорейшее решение вопросов оснащения армии, видя в этом важнейшее условие повышения ее боевой мощи. Его идеи о развитии видов вооруженных сил были воплощены в пятилетнем плане. Он справедливо считал, что основы боевой мощи армии военного времени закладываются в процессе подготовки к войне. Страна, добившаяся перевеса в этом вопросе, имеет предпочтительные шансы на достижение победы, когда дело дойдет до вооруженного столкновения.
Говоря об огромной роли техники в войне, М. Н. Тухачевский тем не менее не абсолютизировал ее роль. Понимая, что реализация всех возможностей, которыми обладает воюющая страна в экономическом и политическом плане, осуществляется через сознательную волевую деятельность людей, он уделял пристальное внимание исследованию роли морального фактора в войне. «Мы прекрасно знаем, - писал он, что одна техническая подготовка войск не может обеспечить победы. Решающим элементом является дух войск, их готовность идти на смерть ради своих интересов». Михаил Николаевич видел прямую связь между морально-политическим состоянием общества в целом и моральной крепостью армии, подчеркивая, что справедливость целей войны, отсутствие необходимости обманным путем вовлекать народные массы в чуждую их интересам кровавую бойню самым благодатным образом влияют на укрепление морального духа Красной Армии. Полновесной реализации этого фактора, положительно влияющего на боевую мощь вооруженных сил, по его мнению, способствует пробуждение политической активности и сознательности воинов и всяческое поощрение ее.
В числе основных компонентов, из которых складывается моральный фактор, М. Н. Тухачевский называл: политическую активность и советское настроение, осознание необходимости крепкой дисциплины в армии, правильные внутриармейские взаимоотношения, успешную политическую учебу. Характер войны, социальная природа и назначение Красной Армии указывают на необходимость уделять самое серьезное внимание вопросу политического воспитания личного состава. Возвращаясь к мысли о формировании политического сознания воинов и усматривая в этом главную задачу политического воспитания, он в работе «Обучение войск» писал, что красноармеец прежде всего должен быть воспитан как сознательный защитник Советской власти, действующий согласно своему классовому сознанию.
Диалектико-материалистический подход к анализу морального фактора боевой мощи армии позволил М. Н. Тухачевскому правильно взглянуть на вопрос о месте политического воспитания среди других элементов боевой подготовки войск и отметить их единство и органическую взаимосвязь. Именно в единстве он усматривал другую, не менее важную задачу политического воспитания, подчеркивая: «Только политическая зрелость и сознательность могут дать красноармейцу волю к победе, решительность, выносливость, без чего ни строевая, ни тактическая подготовка не может ему быть понятна. Словом, эти области подготовки так родственны и так переплетены между собой, что совершенно противоестественным является их разделение».
Рассматривая проблему политического воспитания, М. Н. Тухачевский указывал на необходимость агитаций массовой в прессе и устной (митинговой), которые должны ясно и резко излагать сущность войны в защиту социалистического государства, политические цели противников и наши собственные, разъяснять хозяйственные задачи в связи с войной, напоминать о долге каждого перед Родиной. Развивая ленинское положение о том, что при условии отличной организации моральная сила может превратиться в материальную, Михаил Николаевич особое значение придавал крепкой воинской дисциплине, составляющей цементирующую основу Красной Армии. В письме к начальнику ПУРа А. Бубнову он отмечал: «Красная Армия и по культурному, и по политическому развитию стоит несравненно выше старой царской армии. Однако, хотя в вопросе боеспособности армии политическое и общекультурное развитие и играет первостепенную роль, они во всяком случае не могут заменить твердой и суровой дисциплины, без которой боеспособность армии ничтожна». Той же озабоченностью проникнуты его письма к управляющему делами РВС СССР Я. Ошлей и Председателю РВС СССР К. Ворошилову. Выступая за введение в армии твердой воинской дисциплины, М. Н. Тухачевский не отрывал решение этого вопроса от воспитания политической сознательности и активности. Напротив, он рассматривал их в диалектическом единстве, понимая, что политическая позиция служит благодатной почвой для укрепления дисциплины, построенной не на принуждении, а на осознании каждым воином своего долга по защите социалистического Отечества.
Анализ компонентов, составляющих моральный фактор боевой мощи Красной Армии, позволил М. Н. Тухачевскому сделать следующие выводы. Во-первых, прочность морального фактора не просто связана с экономическим и политическим строем государства, а детерминируется этим строем, взаимоотношениями классов и наций внутри общества, целями войны, во имя которых она ведется. Наряду с моральным фактором огромная роль принадлежит материальному, ибо реализация политических целей в ходе вооруженной борьбы немыслима без применения материальных сил. Все это требует рассмотрения морального и материального факторов в диалектическом единстве. Во-вторых, характер социалистического способа производства, коренным образом отличающегося от капиталистического, обусловливает различную степень прочности боевой мощи их армий, что прежде всего проявляется в их моральной стойкости. Придя к этому заключению, Михаил Николаевич резюмирует, что преимущество в моральном факторе принадлежит армии социалистического государства, так как она является подлинно народной. В-третьих, моральное превосходство армии социалистического государства отражается не только на уровне ее боевой мощи, оно проявляется и в ее влиянии на армии капиталистических стран в случае войны с ними. Подтверждая этот факт, известный английский военный историк Дж. Фуллер в книге «Изменение условий войны» писал: «Против русских методов борьбы (Фуллер имеет в виду то моральное и политическое влияние, которое оказывала Красная Армия на солдатские массы противника. - В. П.) наш могущественный флот столь же мало действенен, как паровой молот против радиоволн».
Идеи М. Н. Тухачевского о политическом воспитании советских воинов реализовывались в конкретной работе в войсках, направленной на укрепление морального фактора боевой мощи армии. Многие из них выдержали проверку временем. Его взгляды на военную мощь государства явились ценным вкладом в разработку марксистско-ленинского учения о войне и армии. Они были реализованы и в ходе военного строительства. Многие положения, высказанные им по вопросам обороноспособности социалистического государства, используются и сегодня военными учеными, разрабатывающими теорию военной мощи государства. Вместе с тем их абсолютизация недопустима. Для военных исследователей они представляют определенный интерес. Объективное отражение развития советской военной науки, ее приоритетных направлений имеет неоценимое значение в формировании сознания военных кадров.
ЦГАСА, ф. 33988, оп. 2. ед. хр. 687, л. 9.
ЦГАСА, ф, 33988, оп. 2, ед. хр. 687, л. 3.
ЦГАСА, ф. 33988, оп. 2, ед. хр. 687, л. 7.
Там же, ф. 7, оп. 1, ед. хр. 230 (I), л. 146.
Т а м же, ф. 33988, оп. 2, ед. хр. 687, л. 91.
Т а м же, л. 90-92.
Тухачевский М. Н. Избранные произведения. - Т. 1. - М.: Воениздат, 1964.-С. 180.
ЦГАСА, ф. 7, оп. 1, ед. хр. 170, л. 14.
Там же, ф. 4, оп. 1, ед. хр 1107, л. 62.
Этот опыт может быть интересен и в современных условиях в связи с конверсией оборонной промышленности.
Записки Коммунистической академии. - Т. I. -М.: Коммунистическая академия, 1930.-С. 12-14.
Тухачевский М. Н. Избранные произведения. - С. 255.
Записки Коммунистической академии, - С. 21.
Тухачевский М. Н. Избранные произведения. - С. 105.
ЦГАСА, ф. 33988, оп. 2, ед. хр. 687, л. 61.
Анфилов В. А. Бессмертный подвиг. - М.: Наука, 1971. -С. 99.
Тухачевский М. Н. Избранные произведения. - С. 260-261.
Тухачевский М.Н. Избранные произведения. - С. 97.
Там же.- С. 101-103.
Т а м ж е. - С. 92.
ЦГАСА, ф. 7, оп. 1, ед. хр. 230 (1), л. 88.
