НАМ ДОРОГ ВОЕННЫЙ МУНДИР

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 34/2006

НАМ ДОРОГ ВОЕННЫЙ МУНДИР

Федор КОЛПАКОВ

В РОССИИ ФОРМА ВСЕГДА ИМЕЛА ОГРОМНЫЙ ВОСПИТАТЕЛЬНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ

Военная форма, правила ее ношения, традиции, ритуалы и легенды, связанные с ней, в некоторой степени компенсировали отсутствие в российской императорской армии целенаправленной воспитательной работы. Розги и шпицрутены, занятия "словесностью" и привычная дисциплинарная практика вряд ли были теми условиями, которые могли считаться необходимыми и достаточными для процесса формирования личности защитника Отечества. В этом случае на одно из первых мест в процессе воспитания выходила военная форма. В повседневной жизни войск она становилась "живым свидетелем" славных ратных дел полка, носителем и содержанием его традиций.

Для русского человека того времени огромное значение имел тот факт, что образцы военного обмундирования для каждой отдельной воинской части или учреждения утверждались лично императором. "Государевым" - со всеми вытекающими из этого понятия "плюсами" и "минусами" - был и мундир - от головного убора до сапог, да и сам его владелец. Даже темно-зеленый цвет мундира, который имели большинство пехотных полков российской армии, назывался "царским" цветом.

С утверждением мундиров различных полков связано несколько легенд. В формировании и развитии патриотизма вообще очень трудно переоценить влияние различных легенд и мифов, суть которых - создание образа защитника страны, умелого, находчивого, рачительного, мужественного и смелого. Эта тенденция, однажды появившись в русских сказках и былинах, прослеживается вплоть до наших дней во многих произведениях искусства, мемуарах и воспоминаниях.

Одна из самых интересных и старых легенд гласит, что гусары одного из полков на своих рейтузах носили "неполный" гусарский узел, он еще назывался "выкладка" (своеобразное украшение на верхней части рейтуз). Считалось, что императрица Екатерина II лично вышивала это украшение на военной форме командира вновь создаваемого полка. Скончавшись, она не успела закончить работу. Поэтому на протяжении нескольких десятилетий форму гусар этого полка украшал особенный, незаконченный императрицей узел.

ФОРМА И... ПОБЕДА

Как мне представляется, важнейшим качеством военной формы одежды, воспитательное значение которого трудно переоценить, становилась преемственность. Понимание важности этого качества воинского мундира было развито у руководства русской армии и в самой армейской среде. В 1882 г. император Александр III своим указом ввел новые образцы обмундирования, которые коренным образом изменили внешний облик русского воинства. Эта попытка отойти от принципа преемственности встретила непонимание и пассивное противодействие в среде русского офицерства.

Безусловно, нельзя напрямую связывать военную форму и успех в сражении или войне, победа зависит от множества различных факторов. Но надо отметить, что в обмундировании образца 1882 г. наша армия имела лишь единственный успех - скромную победу в ходе русско-китайской войны в самом начале ХХ в. После чего была тяжелая русско-японская война 1904-1905 гг. Впоследствии эти образцы военной формы были оценены как неудачные, просуществовали они в войсках не очень долго. В период военной реформы 1907-1912 гг. были приняты новые образцы военного обмундирования. После этой перемены российская армия приобрела узнаваемые черты русского воинства времен Отечественной войны 1812 г. (не зря, видимо, подобную форму имеют в современной российской армии военнослужащие президентского полка).

К большому сожалению, подобный опыт не был использован военно-политическим руководством нашей страны после Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Мундиры, в которых маршировали на параде Победы наши воины-победители, были полностью отменены в 1968 г. Между тем, как мне представляется, парадная форма образца 1943 г. является пиком в развитии отечественного военного мундира. В этом образце был достигнут разумный баланс между эстетической и практической, функциональной составляющей обмундирования. Эти качества военной формы, помноженные на непосредственную сопричастность Великой Победе, давали, как казалось, широкую перспективу ее существованию. Как ни прискорбно констатировать, отмена этих образцов обмундирования стала заметным ударом по пропаганде значения нашей Победы. Этот богатый опыт - положительный и отрицательный - и в последующем не был серьезно переработан и учтен.

Сегодня по-прежнему делается старая ошибка. Внешний вид военнослужащего (в широком смысле) так и не считается важным для поддержания воинского духа. В лучшем случае он подменяется примитивной опрятностью и аккуратностью перед взором строгого начальника. Произошедшие в 2005 г. изменения в вещевом снабжении нашей армии и флота, на мой взгляд, только подтверждают идею об отсутствии центральной идеи в вопросе формирования внешнего облика защитника Отечества. Взять приснопамятную папаху. Точно так же, как не было объективных причин снимать ее со снабжения в середине 90-х годов, не было смысла и вводить ее вновь. А ведь наша страна давно имеет прекрасные примеры в этом непростом вопросе. На протяжении последних 150 лет не меняется повседневная форма российских моряков. Каждый из них сегодня предстает перед нами в форме славных экипажей "Варяга" и "Корейца", беспримерных защитников Севастополя, Одессы, Новороссийска, Мурманска и Керчи. Отечественный флот дал еще один пример, как отдельные элементы формы одежды способны подчеркнуть значимость той или иной категории военнослужащих. Только в российском флоте матросы, которые оставались на сверхсрочную службу и которые служат по контракту, носят фуражки с козырьком, а не бескозырку.

В КАКОМ ПОЛКУ СЛУЖИЛИ?

Исключительное влияние на воспитание и сплочение русской армии имел тот факт, что практически каждый полк, военное училище или кадетский корпус имели свои уникальные знаки различия, петлицы и погоны. Начиная с этих внешних объединяющих факторов, дух коллективизма - полка, училища или корпуса - проникал в казарму и на плац, на занятия и в быт солдат и офицеров, кадетов и юнкеров. Отличия во внешнем виде были первыми кирпичиками, на которых основывались история и ратные традиции полков и военно-учебных заведений.

Наши предки разумно предполагали, что человек, не способный принять, привить себе внешние черты коллектива, не будет способен правильно понять внутреннюю составляющую военной службы, ратного служения Отечеству. Юнкер или кадет, который был не способен предстать перед своим ротным командиром в безупречном виде, никогда бы не смог получить увольнения. В конце концов такой человек или принимал требования, предъявляемые к военнослужащему, в том числе и к внешнему виду, или был вынужден оставить военную службу. Такими приемами формировалось трепетное и уважительное отношение к военной форме вообще и мундиру своего полка, училища или корпуса в частности.

Выпускник Воронежского кадетского корпуса Анатолий Марков, став писателем, запечатлел в своей книге "Кадеты и юнкера" эти интереснейшие стороны военной жизни. "Прежде чем сняться на фотографию, для придания мне вида отчетливого кадета надо мной в поте лица трудились несколько месяцев подряд не только офицеры-воспитатели, но и все кадеты отделения, для которых это было вопросом самолюбия: Мне пришлось заново учиться говорить, сидеть, ходить, стоять, здороваться, кланяться, словом, перестроить все свое существо на новый лад. Когда пришло время сниматься, одев и осмотрев меня, как мать невесту, мои товарищи чуть не подрались, оправляя на мне складки вокруг ремня. Раза три-четыре снимали и снова надевали фуражку на мою стриженую голову и, наконец, после долгих препирательств пришли к выводу, что больше уже ничего сделать нельзя".

Сегодня трудно представить, какую богатую цветовую палитру представляла собой военная форма русской армии перед Первой мировой войной. Особым разнообразием отличались погоны и петлицы военно-учебных заведений и полков. В 1913 г. существовало около 60(!) сочетаний пар цветов: поле погона (приборное сукно) и кант. Приборное сукно большинства воинских частей имело традиционные армейские цвета - алый, малиновый, синий, черный, желтый. Но были уникальные и очень оригинальные, если можно так выразиться, "не военные" цвета - бирюзовый, светло-розовый, светло-зеленый. Однако каждый из этих цветов был связан с историей воинской части, ее славными традициями. Каждый из них был значим для своих обладателей, им гордились. Гордость за свой полк формировала уважение к чувствам представителей других воинских частей и учреждений.

С этой целью обучение новобранца в русской армии начиналось с того, что он запоминал все воинские звания и их обозначение, военную форму и различия военнослужащих разных родов войск, представленных в гарнизоне. Это делалось, кроме всего прочего, с той целью, чтобы своим незнанием в случае встречи военнослужащие не обидели друг друга, так как трепетное отношение к своему мундиру, мундиру своего полка было повсеместным. Писатель Всеволод Крестовский, бывший офицер, автор известных книг "Петербургские трущобы" и "Очерки кавалерийской жизни", вот как описывает в середине XIX в. это явление армейской среды. Один из офицеров его полка буквально в каждой беседе со знакомыми или приятелями говорил: "В нашем Ямбургском уланском полку, мундир которого я имею честь носить...". И это были не пустые слова. Прямолинейный, эмоциональный и решительный, этот офицер трижды (из-за дуэлей) терял право носить этот мундир, будучи разжалован в солдаты, и трижды в бою добивался этой чести вновь.

В большинстве случаев обмундирование офицеров в русской армии не отличалось принципиально от обмундирования солдат соответствующих родов войск и частей. Например, погоны офицеров делались путем пришивания соответствующих галунов к солдатским погонам. Различия сводились в основном к отделке некоторых элементов форменной одежды и наличию специфических деталей обмундирования (эполет, аксельбанта). Это некоторым образом продолжало тот моральный принцип, что каждый офицер должен был начать свою военную службу солдатом. После того как в первой половине XIX в. начала формироваться стройная система военно-учебных заведений, подобная практика стала давать значительные положительные результаты. В конце XIX - начале XX в. появилась большая плеяда военных педагогов, которые начинали службу солдатами, много полезного сделав впоследствии в области военной педагогики. Среди них М.И. Драгомиров, Д.Н. Бутовский, Н.П. Краснов, Н.В. Колесников, А.А. Баиов и многие другие.

Один из них, генерал Н.П. Краснов, в своей знаковой работе "Душа армии" писал: "Чувство особой коллективной единицы, столь важное на войне и для войны, усиливается, увеличивается, усугубляется одинаковой одеждою, одинаковым номером, общим названием - полковым мундиром: Мы пережили увлечение яркими, бьющими в глаза формами одежды, тяжелыми киверами, султанами, шитьем, этишкетами, лацканами и ментишкетами и пережили новое увлечение защитным цветом, небрежно нашитыми общесерыми погонами с номером полка, наведенными химическим карандашом". Несомненно, уважительному отношению к военной форме немало способствовала четкая система, подразделяющая ее на форму парадную, повседневную и полевую. Причем были ясно и просто описаны все случаи, когда и где надо быть в той или иной форме. К сожалению, сегодняшняя российская армия потихоньку забывает, что такое парадная форма одежды. Ею, как в прошлом году писал "ВПК", обеспечены не более 60% офицеров и прапорщиков, а солдаты и сержанты по призыву в большинстве своем не имеют вообще.

Без преувеличения, огромное значение для воспитания воинского духа имели коллективные награды, существовавшие в русской армии. Свою традицию они ведут от красных чулок, которые получили за сражение под Нарвой 19 ноября 1700 г. Преображенский и Семеновский полки. Со временем образцы обмундирования сменились, знаменитые чулки ушли в историю. Однако на протяжении всего XIX в. и в начале XX в. вся российская гвардия имела кожаное снаряжение только белого цвета. Яркая белая полоса, разделяющая мундир на две половины, сразу же выделяла на улице солдат гвардейских полков. В лейб-гвардии Павловском полку за особые ратные заслуги навечно остались знаменитые гренадерки.

В XIX-XX вв. самыми известными среди коллективных наград были серебряные Георгиевские рожки, Георгиевские знамена и т.п. Эти знаки воинской доблести имели многие полки, батальоны и даже отдельные сотни, эскадроны и роты. Некоторые коллективные награды украшали мундиры военнослужащих. Самыми распространенными были знаки "За отличие" на головные уборы и белевые петлицы на мундиры. Эти награды, однажды данные в полк, навсегда оставались в подразделении или воинской части. И каждый новобранец, приходя в полк, прикреплял к папахе или фуражке символы ратной славы своих предшественников, впитывая с первых дней службы славные традиции своей части. Знак "За отличие" был общим для всех видов войск или родов оружия, как говорили в то время. Иногда на знаках было написано, за какой именно подвиг, бой или сражение отмечено подразделение или воинская часть.

Значительным воспитательным потенциалом обладала традиция шефства над полками. Шефа имели все полки и военно-учебные заведения армии. Это были представители императорской фамилии или царствующих династий иностранных государств, прославленные полководцы русской армии. Вышитые вензеля и трафаретные шифровки с инициалами шефов носились на погонах всех военнослужащих полка. Боевая работа русской армии на полях сражений многих войн показывала, что эти воинские части воевали с особым мужеством и отвагой. Скажем, в начале декабря 1914 г. в сражении на реке Ниде отличились 35-я и 37-я пехотные дивизии. Наибольший успех имел полк с "лапками" на погонах. Так плененные германцы именовали непонятный им, но надолго врезавшийся в память вензель на погонах солдат и офицеров 145-го императора Александра III Новочеркасского пехотного полка.

После окончания Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. едва наметившаяся практика персонификации воинских соединений и частей была забыта. А за последние 15 лет многие воинские соединения и части, удостоенные боевых орденов и почетных наименований, попали под сокращение, их знамена отправились в запасники музеев, так что многие славные ратные традиции угасли.

СТРОЙ "НА ОДНО ЛИЦО"

Отечественный военный мундир во все времена отражал менталитет, характер и традиции русского народа, лучшие его качества. Вот почему многие специалисты отмечают такие принципиальные качества русского мундира XIX-XX вв., как простота, практичность, минимум декоративности, умеренность в элементах снаряжения. В военном мундире, как нигде главенствовал принцип "только то, что нужно на войне".

В значительной степени военная форма русской армии отражала и развивала интернациональные чувства нашего народа, терпимость к представителям различных религиозных конфессий, нациям и народностям. От представителей других народностей наша армия вбирала в себя лучшее, что русские видели в быту и условиях их жизни. Это в полной мере касается обмундирования армии. Названия многих имевшихся и сегодняшних образцов обмундирования и снаряжения выдают их этимологию. Иностранным происхождением могли похвастаться гомб, доломан, кивер, кираса, китель, ментик, погон, портупея, шинель, эполеты, этишкет и многие другие предметы. Бывало и такое, что образцы военной формы местного населения, исключительно подходящие к условиям ведения боя, местным климатическим условиям, целиком перенимались нашими войсками. Наглядный пример - обмундирование воинов Кубанского и Терского казачьих войск.

Зачастую даже перегибы, свойственные нашему военному быту и связанные с внешним обликом, военной формой одежды, шли во благо, принимая порой даже форму гротеска. Одним из самых ярких таких примеров была традиция подбирать солдат, а порой и офицеров гвардейских полков, как говорится, "на одно лицо". Великий князь, командующий гвардией и Санкт-Петербургским военным округом, лично распределял новобранцев, хорошо зная характерный "экстерьер", присущий военнослужащим каждого полка. Например, в лейб-гвардии Преображенском полку и Гвардейском экипаже традиционно служили высокорослые блондины. Дальше всех пошли в лейб-гвардии Павловском полку. В память о своем "вечном шефе" императоре Павле I, который был курнос, в полк подбирали солдат, имеющих такую ярко выраженную черту.

Кроме этого, воспитательная составляющая военного мундира и некоторых других аспектов повседневной жизни войск отразилась в так называемых "неуставных" взаимоотношениях. Надо сказать, что примеров имеющихся сегодня негативных явлений оскорбления военнослужащими личности друг друга просто не существовало в те дни. Имевший место в некоторых военных училищах так называемый цук носил в основном положительную направленность. Например, воспитанники младшего курса Николаевского кавалерийского училища, кроме исключительно правильного запрета на курение и пары ничего не значащих глупостей, должны были знать целый ряд воинских тонкостей. В любое время дня и ночи они без запинки должны были доложить старшекурснику следующее: места дислокации всех регулярных кавалерийских полков (в 1910 г. их было 66), установленные для этих полков приборное сукно и прибор, масть конского состава всех кавалерийских полков поэскадронно (эта цифра уже колебалась в пределах 370).

В начале ХХ в. военной форме пришлось сыграть еще одну своеобразную роль в судьбе российской армии. Первая мировая война потребовала огромного напряжения всех составных частей российского общества. Значительные потери, увеличение численности армии поставили серьезные задачи в вопросе снабжения войск. Промышленности Российской империи это удавалось не всегда. К концу 1916 г. в армии и на флоте стали проявляться признаки деморализации. Первыми симптомами этого морального недуга войск стали массовые нарушения установленной формы одежды, помноженные на перебои в централизованном вещевом снабжении соединений и частей действующей армии.

Исследуя особенности развития военной формы в России, могу отметить одну особенность: она заключается в зависимости между функциональными качествами мундира и воинским духом армии, его морально-психологическим состоянием. Высочайший моральный дух сглаживал функциональные недостатки военной формы одежды солдат Суворова, Кутузова, которых не могли остановить никакие преграды и никакой противник. Защитники Севастополя в Крымской войне 1853-1856 гг., в силу стереотипов и ригоризма, имели одни из самых неудобных образцов военной формы за всю историю существования регулярной российской армии. Это не помешало им быть героями и оставаться ими все 349 дней обороны города. В то же время удобная, защищающая от холода, хорошо маскирующая форма в значительной степени способна повысить воинский дух солдат и офицеров, поднять их уверенность в собственных силах.

В начале ХХ в. череда революций, создание советского государства дали новый импульс развитию многих сторон жизни общества. Эти изменения коснулись и Вооруженных Сил. Были отменены образцы и элементы военной формы одежды дореволюционной русской армии. Молодое советское государство и его Красная Армия решительно отказывались от всего старого. Во главу угла во многих областях жизни был поставлен классовый подход. Иначе поступали командиры белой армии в ходе Гражданской войны 1918-1922 гг. С 1918 г. в составе Добровольческой армии юга России существовало несколько именных соединений и частей, эти дивизии и полки именовались еще "цветными". "Корниловцы", "алексеевцы", "марковцы" и "дроздовцы" получили свои названия по имени погибших лидеров белого движения Л.Г. Корнилова, М.В. Алексеева. С.Л. Маркова, П.Г. Дроздовского. Эти части имели свою особенную форму одежды и знаки различия, откуда и пошло название - "цветные". Как отмечают специалисты, эти части на фронтах Гражданской войны отличались особой дисциплинированностью, мужеством и стойкостью.

В жизни Красной Армии революционные стремления в первую очередь дали жизнь новой системе воинских знаков различия. Петличная система воинских знаков различия, которая существовала в СССР в 1922-1943 гг., считается уникальным явлением в отечественной и мировой мундирологии. Она была настоящим творчеством нашего народа. Столь глубокой, разнообразной и всесторонней системы в мире не было ни до ни после. "Треугольники", "кубари", "шпалы" и "ромбы" были большой гордостью их обладателей и надолго остались в памяти нашего народа.

ПОГОНЫ - КОЛЛЕКТИВНАЯ НАГРАДА

Но и замена петлиц на погоны, что произошло в начале 1943 г., так же имела большое воспитательное значение. По совету Маршала Советского Союза Б.М. Шапошникова, бывшего полковника Генерального штаба царской армии, И.В. Сталин принял решение ввести новую военную форму и знаки различия для военнослужащих Красной Армии. Поначалу предполагалось дать погоны только военнослужащим гвардейских частей, но потом решили ввести их для всей армии и флота. Большинство офицеров восприняло введение золотых погон как коллективную награду за мужество и доблесть, которые они проявили в тяжелейших боях 1941-1942 гг. Символично, что в таких же драматических условиях офицерские галунные погоны впервые появились в русской армии в ходе непростой Крымской войны 1853-1856 гг.

Военная форма одежды имеет огромный воспитательный потенциал. Это подтверждает работа общественных объединений по военно-исторической реконструкции, которые получили широкое распространение в нашей стране и последние 15 лет активно пропагандируют ратную историю России. Существуют военно-исторические клубы кавалерийских и стрелковых частей царской армии, клубы, объединяющие любителей истории Отечественной войны 1812 г. Широким спектром на регулярно проводимых мероприятиях представлены объединения, которые изучают историю Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. При всем уважении к значимости и важности других сторон жизни общества не возникают клубы исторической реконструкции мундиров пожарных служащих или железнодорожных контролеров, хотя у тех и у других в прошлые времена была своя интересная форма одежды. Значит, суть притягательности образцов военных мундиров прошлого не только и не столько во внешней красоте и нарядности.