ЗАМЫСЕЛ 'ГЛОБАЛЬНОГО УДАРА'

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 37/2007

ЗАМЫСЕЛ "ГЛОБАЛЬНОГО УДАРА"

Владимир ЛОСКУТОВ

ЧТО ПРИНЕСЕТ СМЕНА ВЛАСТИ В ОБЪЕДИНЕННОМ КОМИТЕТЕ НАЧАЛЬНИКОВ ШТАБОВ

Со следующей недели у руля Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ) Вооруженных Сил США встанут два новых человека: пост председателя займет адмирал Майкл Муллен, а его первым заместителем будет генерал Джеймс Картрайт. Обе кандидатуры выдвинуты президентом Джорджем Бушем еще в июне, а в августе, как и требует американское законодательство, они прошли утверждение в Сенате. Замена осуществляется в связи с истечением срока полномочий руководителей ОКНШ. Но, что не скрывается, прежний председатель генерал Питер Пейс не пошел на новый срок только из-за того, что верхняя палата Конгресса могла бы "прокатить" этого претендента по причине его активного участия в принятии президентских решений по Ираку.

Майкл Муллен (справа) и Джеймс Картрайт выступили против продления Договора СНВ-1.

Фото МО США

Питер Пэйс, кстати, перед уходом в отставку признал "ряд ошибок", допущенных в ходе военной операции в Ираке. Одной из них генерал назвал неверную оценку реакции "иракского народа на освобождение от диктаторского режима". Выступая перед журналистами, генерал, в частности, сказал: "После того как войска коалиции вошли в Ирак, его народ раскололся на враждующие группы, что крайне дестабилизирует ситуацию".

Новые первые фигуры ОКНШ, как известно, прежде напрямую не были связаны с иракской проблематикой: адмирал Муллен занимал пост начальника штаба ВМС, а генерал Картрайт стоял во главе стратегического командования Вооруженных Сил. Насколько известно, перед недавними слушаниями в Конгрессе по Ираку они отказались давать свои рекомендации относительно того, какого курса придерживаться Джорджу Бушу в отношении этой страны. Свои "окончательные предложения", как было заявлено, военачальники выработают только после "определенного срока" работы во главе Объединенного комитета начальников штабов. Видимо, такой уклончивый ответ связан с тем, что новому руководству ОКНШ придется служить и при новом президенте, которым вряд ли станет республиканец. Поэтому и отдуваться за высшее военное руководство в Конгрессе, где доминируют демократы, пришлось командующему коалиционными силами в Ираке генералу Дэвиду Петреусу.

Что касается Майкла Муллена, то в своем докладе Сенату перед утверждением в должности он ограничился лишь следующим заявлением: американские войска останутся в Ираке еще на годы, так как преждевременный их вывод приведет к катастрофе на всем Ближнем Востоке. Есть данные, что адмирал хочет четко прояснить позицию президентской администрации относительно Ирана, так как проблематику Ближнего Востока, на его взгляд, следует рассматривать "как единое целое". По убеждению Майкла Муллена, атаковать ядерные и другие стратегические объекты Ирана можно будет только "после полного ухода из Ирака и Афганистана" или при создании в этих странах "крепких и стабильных режимов", которые не позволят Тегерану провести "ответные партизанские действия" в тылах американских войск. Сейчас же в борьбе с Ираном, считает он, важно выиграть "экономически и политически", то есть добиться введения международных санкций против Тегерана. А одним из пунктов "плана долговременной антииранской стратегии", по мнению адмирала, должно стать создание третьего позиционного района ПРО, то есть локатора в Чехии и базы противоракет в Польше.

Заметим, эти взгляды Майклу Муллену приписывают американские военные эксперты, то есть они не подкреплены официальными заявлениями адмирала. Исключение, может быть, составляет позиция по ПРО. "Ввиду угроз, с которыми мы сегодня сталкиваемся и будем сталкиваться в будущем, я считаю, что США должны развертывать компоненты противоракетной обороны от баллистических ракет, как только они у нас появляются", - говорил он в Сенате. А еще Майкл Муллен пообещал законодателям работать "вместе с офисом министра обороны, агентством по ПРО, родами войск и боевыми командованиями над тем, чтобы гарантировать разработку, испытания, закупку, развертывание и улучшение в среднесрочной перспективе потенциала противоракетной обороны".

Вряд ли военачальник мог сказать что-либо другое в Сенате, который в середине июля большинством голосов принял документ, провозгласивший создание и развертывание стратегической противоракетной обороны государственной политикой Соединенных Штатов. Одновременно, правда, адмирал поддержал сотрудничество России и США в сфере ПРО. "Я считаю важным, чтобы мы продолжали призывать Россию сотрудничать в отражении угроз, возникающих перед двумя нашими странами от распространения баллистических ракет и оружия массового уничтожения", - эта цитата опять же из доклада Майкла Муллена, представленного сенаторам. Его коллега Джеймс Картрайт, проходя процедуру утверждения, пошел еще дальше, предложив "оказывать влияние на общественное мнение в России по отношению к НАТО", а также "содействовать продвижению в стране демократических реформ". Словом, адмирал и генерал в Сенате как бы дополняли друг друга.

Именно после заслушивания Джеймса Картрайта в сенатском комитете по делам Вооруженных Сил стало ясно, что "мозг американской армии", скорее всего, предложит Белому дому не продлевать российско-американский Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1), срок которого истекает 5 декабря 2009 г. Командующий американскими "стратегами" прямо заявил, что отказ администрации Джорджа Буша от продления срока действия Договора СНВ-1 облегчит Соединенным Штатам возможность нанесения "быстрых ударов в глобальном масштабе". "Это обеспечит больше гибкости для реализации программы глобального удара при одновременном стремлении сохранить соответствующие меры по укреплению доверия, - говорится в докладе генерала. - В конечном итоге мы создаем новые системы, которые вносят вклад в национальную безопасность и позволят меньше опираться на наши ядерные вооружения". Обратим внимание на то, что это предложение Джеймса Картрайта прозвучало после совместного заявления госсекретаря Кондолизы Райс и ее российского коллеги Сергея Лаврова о намерении Вашингтона и Москвы "осуществлять сокращение стратегических наступательных вооружений до минимально возможного уровня" и достичь "договоренности на период после Договора СНВ-1".

Что же представляет собой "программа глобального удара"? О ней в Соединенных Штатах впервые заговорили в 2001 г. Ее основа - подготовка к удару по террористам либо государствам-изгоям, создающим оружие массового уничтожения, который необходимо нанести не позднее чем через час после определения цели в любой точке земного шара "с применением обычных вооружений". Как проинформировал сенаторов Джеймс Картрайт, в настоящее время рассматривается несколько "концепций глобального удара", "предложенных различными родами Вооруженных Сил". В частности, ведется разработка гиперзвуковой крылатой ракеты и совершенствуется орбитальная группировка военных спутников. Но есть более "дешевые варианты", один из них - размещение на подлодках баллистических ракет "Трайдент" с неядерными боеголовками. Тут и возникает проблема. Ракеты эти стратегические и подпадают под согласованный их уровень, зафиксированный СНВ-1.

В нежелании новых руководителей ОКНШ идти на продление Договора СНВ-1 явно просматривается стремление окончательно отказаться от каких-либо контрольных механизмов над стратегическими потенциалами. Это же видно и по действиям Пентагона в создании глобальной системы противоракетной обороны. Не исключено, что так называемый глобальный удар будет применен в будущем и против Ирана. Как уже сообщалось в СМИ, Объединенный комитет начальников штабов выделил в этой стране порядка 2000-2500 "сильно защищенных целей", подлежащих "незамедлительному уничтожению" в случае начала конфликта. ОКНШ считает, что авиационных и морских средств поражения, ныне находящихся в распоряжении Пентагона, для проведения столь "быстрой ударной операции" недостаточно. Переоснащение "Трайдентов" на неядерные боеголовки должно изменить ситуацию. Поэтому, видимо, военные и пытаются давить на руководство страны, чтобы оно не продлевало СНВ-1. Между тем отказ Америки от этого договора опасен и для России: ведь переоборудование МБР "ради борьбы с терроризмом" в неядерные средства не исключает их обратного переоснащения. То есть Соединенные Штаты могут создать возвратный потенциал, не подлежащий никакому контролю.