ОБРАЩАЙТЕСЬ В ФСБ

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 22/2007

ОБРАЩАЙТЕСЬ В ФСБ

Вадим УДМАНЦЕВ

АРХИВИСТЫ-КОНТРРАЗВЕДЧИКИ РАССМОТРЯТ ЛЮБОЙ ЗАПРОС В ТЕЧЕНИЕ МЕСЯЦА

По какой причине и при каких обстоятельствах были репрессированы родственники? Служил ли дед (прадед) когда-либо в системе ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ? Сохранились ли хоть какие-то документы отца, бывшего в плену? Отвечая на подобные и многие другие запросы-обращения российских и иностранных граждан, сотрудники Управления регистрации и архивных фондов ФСБ России оказывают посильную помощь в восстановлении судеб их родных и близких.

Депутат Борис Мартынов (слева) получил папку с информацией о чекисте Федоре Мартынове.

Фото Вадима УДМАНЦЕВА

На прошлой неделе в здании Культурного центра ФСБ на Лубянке под прицелами объективов фото- и телекамер статс-секретарь - заместитель директора ФСБ России Юрий Горбунов и его подчиненные встретились с депутатом Государственной Думы Борисом Мартыновым. Однако на этот раз был не столько важен сам факт этой встречи, сколько то обстоятельство, что господин Мартынов присутствовал на ней в качестве частного лица - для получения копий отдельных документов и фотографий из архивного личного дела его деда Федора Яковлевича Мартынова. Журналистам скоро разъяснили, что данное действо проходит в соответствии с Федеральным законом "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", то есть является ответом официальной структуры на его индивидуальный запрос. Сделать процедуру публичной сотрудников ФСБ побудил вовсе не тот факт, что Борис Алексеевич является народным избранником, а личность его родственника, выдающегося чекиста.

Историческая справка гласила, что уроженец Рязанской губернии 1893 г. рождения Мартынов с 1918 г. был членом РКП(б), с июля того же года числился разведчиком боевого отряда Свеаборжцев при ВЧК. И далее: "Январь-июнь 1919 г. возглавлял Особую группу МЧК и уголовного розыска по борьбе с бандитизмом в Москве, руководил специальной группой чекистов по ликвидации анархистско-террористического подполья в Самаре. С 1920 г. возглавлял Особую группу чекистов по борьбе с бандитизмом на Украине и в Белоруссии. В 1924 г. - начальник Киевского губрозыска и Центророзыска УССР, затем - зам. начальника бандотделения Оперода ОГПУ. С 1925 г. - начальник отделения ЭКУ ОГПУ. Уволен из органов ВЧК-ОГПУ 27 февраля 1925 г. по собственному желанию в распоряжение МК РКП(б): Скончался в 1944 г. в Москве. Награжден орденом Красного Знамени (1923 г.), золотыми часами и именным маузером".

Внук чекиста, рдея от смущения, рассказал, что ему до последнего момента мало что было известно о героической личности его деда, да и то в основном со слов родственников. Мало верил парламентарий и в факт сохранности каких-либо документов на этот счет, но (чем черт не шутит?!) все же сделал соответствующий запрос. Затем, взяв вожделенную папку со сведениями о родственнике, депутат удалился вместе с Юрием Горбуновым обозревать стенды историко-демонстрационной экспозиции. Журналисты же обступили начальника Управления регистрации и архивных фондов ФСБ России Bасилия Христофорова.

- Василий Степанович, как часто к вам обращаются граждане с подобными запросами и каковы сроки их рассмотрения?

- С начала этого года всего к нам поступило 724 запроса. В прошлом году - 2826. В соответствии с законом срок рассмотрения любого обращения - 30 дней: Таких случаев обращений достаточно много. Я вам приведу 2 последних примера. 4 июня в открытом читальном зале Центрального архива ФСБ мы передавали копии документов немецким гражданам по их запросу в отношении двух родственников. В апреле руководству Российского государственного геологоразведочного университета им. Серго Орджоникидзе нами переданы документы в отношении бывшего сотрудника ВЧК, который в 1928 году был назначен первым ректором этого учебного заведения. Когда они к нам обратились, то тоже не надеялись что-то найти - у них не осталось ни фотографий, ни каких-то документов, знали только его фамилию, имя и отчество, а также что он якобы служил в ВЧК. Мы проверили, оказалось, что действительно этот человек в течение года являлся первым ректором, потом был переведен на работу в Сибирь, где в Иркутске тоже создавалось учебное заведение. И передали им и фотографию, и многие документы. То есть положительная реакция на запрос депутата Мартынова - это далеко не единичный случай. Также мы получаем много запросов относительно репрессированных лиц. Сейчас их примерно одна треть от общего количества, хотя в начале-середине 90-х годов - как раз после принятия закона "О реабилитации жертв политических репрессий" - таких запросов было гораздо больше. Какая-то часть людей обращается к нам для подтверждения сроков прохождения службы и размеров денежного содержания тех или иных сотрудников. Например, для перерасчета их пенсий. Кроме того, нас просят предоставить информацию о тех или иных событиях в нашей истории, и мы не только выполняем эти просьбы, но и ведем с ведущими научными российскими и зарубежными организациями научную работу по публикации отдельных документов. Наиболее известны из них сборники "Совершенно секретно": Лубянка - Сталину о положении в стране (1922-1934 гг.)", "Сталинский ГУЛАГ" - семитомник, подготовленный совместно с Государственным архивом РФ, "Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание", "Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД". Вместе с иностранными партнерами - МВД и администрацией Польши - выпустили 2 книги: "Польское подполье на территории Западной Украины и Западной Белоруссии 1939-1941 гг." и "Депортации польских граждан из Западной Украины и Западной Белоруссии в 1940 году". Сейчас с нашими польскими коллегами мы готовим к выпуску книгу, посвященную варшавскому восстанию 1944 г., в которой также будут опубликованы документы из Центрального архива ФСБ и польских архивов.

- А как часто поступают запросы от потомков белоэмигрантов из-за рубежа? И существует ли какая-то разница в сроках рассмотрения этих дел по сравнению с запросами российских граждан?

- Срок рассмотрения для всех един - он, как я уже говорил, установлен законом. По белоэмиграции запросы поступают крайне редко - все-таки это уже дела давно минувших дней, а может быть, мало сохранилось родственников. Тем не менее, так как этот вопрос представляет значительный общественный интерес, мы уделяем много внимания его научной разработке и совместно с Институтом военной истории Министерства обороны и Службой внешней разведки готовим и публикуем сборник документов, который называется "Русская военная эмиграция 20-40-х годов". На сегодняшний день вышло уже 4 тома, работа продолжается - в перспективе, возможно, будет 10 томов.

- Часто ли ФСБ отказывает в предоставлении информации по запросу?

- Я не назову вам точной цифры, потому что такую статистику - по "отказным" делам - мы не ведем. Но их мало, может быть, 10-15% от всех поступающих запросов. А первая и основная причина отказа - отсутствие интересующей информации. Допустим, человек обращается с просьбой, чтобы мы подтвердили его место работы на каком-то оборонном заводе в годы Великой Отечественной войны. Но у нас изначально такой информации не было и не может быть! Второй случай - когда делают запрос на репрессированных, а впоследствии реабилитированных лиц. В соответствии с законом мы можем давать такого рода информацию только самому репрессированному лицу, его родственникам или по доверенности. Если же у заявителя нет доверенности, мы можем предоставить ему лишь очень лаконичную справку биографического характера. Третий случай - когда запрос касается специфики деятельности, форм и методов деятельности - любая спецслужба мира информацию такого рода не предоставляет.