СПЕЦНАЗ ФСКН ДИНАМИЧНОЕ РАЗВИТИЕ
ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 46/2007
СПЕЦНАЗ ФСКН: ДИНАМИЧНОЕ РАЗВИТИЕ
Вадим УДМАНЦЕВ
СОЗДАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО АНТИНАРКОТИЧЕСКОГО КОМИТЕТА - СЛЕДСТВИЕ ПЕРЕОЦЕНКИ УГРОЗ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ СТРАНЫ
Публикация в №42 нашей газеты корреспонденции "Главный резерв директора ФСКН" вызвала неоднозначную реакцию в руководстве Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков. В целях более объективного информирования наших читателей корреспондент "ВПК" встретился с начальником Управления специального назначения ФСКН России Героем Российской Федерации полковником полиции Александром Шуляковым, который счел необходимым прокомментировать некоторые факты из вышеназванного материала, а также ответить на вопросы.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
ШУЛЯКОВ Александр Васильевич
Родился 24 ноября 1965 г. в Подольске Московской области. В 1987 г. окончил Ленинградское высшее артиллерийское командное училище имени Красного Октября. Проходил службу в различных должностях в Забайкальском и Ленинградском военных округах. В феврале 1990 г. перешел в КГБ СССР. После окончания Высших курсов военной контрразведки КГБ СССР с августа 1991 г. находился в штате Управления военной контрразведки по ЛенВО. Периодически выезжал в командировки в Чечню и Южную Осетию. С августа 2000 г. служил в Центре специального назначения ФСБ РФ, занимал должность заместителя начальника штаба. С февраля 2007 г. - начальник Управления специального назначения 9-го департамента ФСКН России. Полковник полиции. Герой Российской Федерации. Награжден орденом "За военные заслуги", медалью Суворова, огнестрельным именным оружием (приказом директора ФСБ РФ). Женат, имеет троих детей.
- Александр Васильевич, что вы в первую очередь хотели бы сказать читателям?
- В первую очередь мне бы хотелось дать некоторые пояснения по тем позициям, которые легли в основу статьи. Функционально наше управление отвечает за обеспечение безопасности оперативных работников, следственных сотрудников при проведении оперативно-розыскных и следственных действий, находящихся в сфере компетенции нашей службы. Поэтому я бы сказал, что основной ударной силой Виктора Васильевича Черкесова является не спецназ, а оперативно-следственные подразделения. Во-вторых, госнаркоконтроль в его современном виде является не правоохранительным органом, а спецслужбой, причем самой молодой спецслужбой России - только в следующем году мы собираемся отмечать ее пятилетие. И в этом смысле Управление специального назначения как структура ФСКН развивается достаточно динамично. Известно, что во многом Управление спецназначения ФСКН является правопреемником Управления физической защиты налоговой полиции. Но если раньше наши предшественники имели дело в основном с экономическими преступлениями, то сейчас мы сталкиваемся с наркомафией - то есть с организованной преступностью, которая в своем арсенале имеет и оперативную, и боевую составляющие для прикрытия серьезных наркосделок. Преодолеть этот психологический и профессиональный разрыв помогает корректировка программы оперативно-боевой подготовки, а также совершенствование материально-технического обеспечения, в том числе в области вооружения, спецтехники, связи и т.д.
Сейчас мы считаем необходимым обучать людей навыкам ведения разведывательно-поисковых действий в сложной горно-лесистой местности, поскольку такие мероприятия актуальны для Дальнего Востока, для Дагестана, где региональные преступные группировки культивируют наркотики растительного происхождения. А учитывая, что наркотрафик во многих случаях связан с незаконным пересечением границы, контрабандой, часть сотрудников на приграничных территориях мы готовим для проведения длительных засадных действий - для этого нужна специальная подготовка, специальная тактика, специальная экипировка. Существует табель положенности, в который включен достаточно широкий спектр оружия, боеприпасов, спецсредств, экипировки и так далее. Пересмотреть этот табель положенности, сделать его актуальным для всех региональных подразделений спецназа ФСКН - это то, над чем мы сейчас работаем, а иногда и боремся, преодолевая технические препятствия и некие противоречия в понимании задач. Когда, например, нас спрашивают: "Зачем вам нужна водолазная подготовка и, соответственно, водолазное снаряжение, легкие плавсредства, современные моторы "Ямаха", если вы работаете в городе?..". Мы отвечаем - то, что неактуально для Москвы, необходимо дальневосточникам или калининградцам, у которых есть морская граница, а значит, и перемещение наркотиков водным путем. Взяв за основу эту идеологию, мы и пытаемся проводить определенные реформы, в числе которых, например, полевые выходы, свидетелем одного из которых вы были.
Что касается экипировки, как я уже сказал, мы пересматриваем табель положенности и делаем это на основе заявок всех территориальных органов наркоконтроля. Это требует времени.
- Рассказывая о материально-техническом обеспечении своего подразделения, спецназовцы приводили примеры, что им предлагают лишь то, что дешевле - например, худшие бронежилеты или шлемы-сферы.
- Во-первых, нам предлагают не самое худшее, а несколько вариантов и на конкурсной основе - сейчас это обязательное условие. Соотношение цены и качества - вот то, что сегодня определяет окончательный выбор при закупке снаряжения. Нас активно привлекают на стадии поиска и оценки изделий, получаем их в опытную эксплуатацию и многое из того, что заявляем и апробируем, получаем на вооружение. Кроме того, надо помнить о том, что изделия, которые сегодня выставляются, в основном одинаковы по качеству, если речь идет об отечественном производителе. Конечно, есть нюансы: где-то требования эргономики несколько нарушены или один бронежилет может быть немного тяжелее другого. Но делать акцент на том, что какое-то изделие не соответствует требованиям безопасности, а мы его все же приняли на вооружение, я не стал бы. Кроме того, за годы работы в спецподразделениях я не видел ни одного профессионала, который сказал бы: "Меня устраивает все!". Человек профессиональный, который глубоко владеет вопросом, всегда стремится иметь лучшую экипировку. Получает неплохие ботинки за 100 или 200 долларов, но, зная, что, допустим, за 700 долларов обувь лучше, покупает ее, если у него есть такая возможность. Или взять термобелье: мы получаем его в каком-то элементарном исполнении, в нем летом будет жарковато, зимой - холодно, осенью и весной - хорошо. А профессионал имеет в своей так называемой "раскладке" целых 3 комплекта сезонного термобелья: легкое, среднее, для сильных морозов.
- Бойцы утверждают, что, помимо черного повседневного обмундирования, им вообще ничего не выдают.
Этап полевых учений 5-го оперативно-боевого отдела Управления специального назначения ФСКН РФ.
Фото Вадима УДМАНЦЕВА
- Это не так. Я могу вам показать табель положенности. Подавляющее большинство этих изделий находится на вооружении. Заключаются договоры - осуществляется закупка и расходование ранее приобретенных образцов вплоть до следующего размещения заказа.
В материале названы анахронизмом радиостанции "Гранит", которые мы имеем на вооружении. Но с компанией, которая изготавливает радиостанции "Гранит", наше ведомство работает уже около 5 лет, и у этого сотрудничества, помимо прочих достоинств, есть очень важный элемент - мы имеем возможность требовать от производителей совершенствовать модели под наши нужды или обсуждать вопрос об увеличении поставок. Мы ежегодно вносим корректировки в конструкторские задания, ведем мониторинг характерных недостатков, которые выявляются в процессе эксплуатации этих станций. А при покупке в каком-нибудь московском магазине импортных радиостанций, я вряд ли смогу предъявить фирмам-производителям те же требования по их модернизации, доработке, улучшению эргономических качеств. Вот и получается, что работать с отечественными "Гранитами" гораздо перспективнее, чем с любой импортной радиостанцией.
Есть и еще одно, что я должен, может быть, с неким сожалением признать. Профессиональные качества некоторых наших сотрудников не позволяют сегодня говорить о том, что они овладели этими радиостанциями в полной мере. Для того чтобы предъявлять серьезные претензии к изделию, надо быть грамотными, или, как говорит молодежь, "продвинутыми" пользователями. Так вот у нас не все пользователи "продвинутые". И для того, чтобы этот диссонанс между производителями и практиками как-то сгладить, мы уже провели первый курс обучения - отправили по одному человеку из каждого отделения спецназа в Управление связи, где профессионалы провели с ними "мастер-класс", показав весь спектр возможностей радиостанции. После этого многие из наших сотрудников пришли к пониманию, что они плохо знают "Гранит". А после публикации в "ВПК" я дал еще более жесткие указания: чтобы постепенно все бойцы прошли эти курсы обучения. Кроме того, я дал указание составить карту Москвы со всеми зонами покрытия радиосвязи, потому что в столице они не везде устойчивые - в данных секторах могут не сработать не только "Граниты", но и "Кенвуды" и "Стандарты". Выявив эти зоны покрытия, мы будем в дальнейшем учитывать это при планировании боевых операций.
Следующий блок "проблемных" вопросов - транспортное обеспечение. В статье идет ссылка на 2 ржавые "Газели", и говорится, что вместо них можно было бы купить какой-то более надежный микроавтобус типа "Фольксвагена". Докладываю: Управление спецназначения ФСКН России имеет 2 автомобиля "Фольксваген-транспортер" и 2 "Газели", которые стоят на вооружении в том же 5-м оперативно-боевом отделе и используются для проведения специальных мероприятий. Однако об этих уже имеющихся "Фольксвагенах" наши бойцы почему-то вам не сказали, когда давали интервью. Другое дело, что "Газели" по своим техническим характеристикам уступают "Фольксвагенам", но они же здорово выигрывают по цене. Это проблема, с которой сталкивается любое ведомство: приобрести 3 "Газели" или 1 "Фольксваген-транспортер". Если была бы такая возможность, мы, конечно же, закупали бы более современные и надежные автомобили, но сегодня мы ограничены в финансировании. И, наверное, тот период, когда ни в чем не будем испытывать недостатка, в обозримом будущем не наступит.
Следующий момент: у нас во всей Федеральной службе, которая насчитывает более 30 тысяч человек, только 8 автомобилей со спецсигналами. Просто сегодня борьба с привилегиями в этой области идет гипертрофированно, в сторону бездумного секвестирования, и ведомство по большому счету никто не спросил, сколько спецсигналов ему нужно. Если бы этот лимит был расширен, то хотелось бы иметь на наших автомобилях спецсигналы.
- А руководство ФСКН разве не может уже сегодня перераспределить эти спецсигналы, установив их в первую очередь на оперативные машины?
- Уверен, что если бы я поставил этот вопрос перед руководством, то добился бы результата. Но дело в том, что и раньше спецназ пользовался "мигалками" в единичных, исключительных случаях. Операции планируются и проводятся таким образом, что исключают экстренный порядок движения. Я это знаю, поскольку в день подписываю обычно не одно задание на использование спецназа. Причем подписываю, как правило, за 1-2 дня до начала мероприятия.
- То есть в запасе имеется достаточно времени, чтобы загодя прибыть на место проведения предстоящей операции, не демаскируя себя?
- Совершенно точно. Но я бы хотел пояснить, что есть некие образы, стереотипы, которыми страдают очень многие люди, в том числе и некоторые сотрудники спецназа. Они считают, что в центре Вселенной стоит их уникальное подразделение с их маленькими, но очень нужными стране возможностями. Поэтому моя задача - свести мотивацию этих людей к глубокому личному убеждению в том, что служба - это не долг перед тобой государства, а твой долг государству и обществу.
- Какие моменты, изложенные в публикации, по мнению руководства спецназа ФСКН, не вполне соответствуют действительности?
- Взять, к примеру, утверждения сотрудников о правовой неурегулированности в вопросах применения оружия и спецсредств. С одной стороны, их желание быть на 100% защищенными в такого рода ситуациях мне понятно. С другой - "Закон о милиции", которым все мы руководствуемся в этой части, достаточно хорошо и полно говорит о правовых основах применения оружия и о том, каковы последствия этого применения. Иное дело судебная практика, при которой ни одно ведомство, использующее силы специального назначения, не может быть гарантировано от последующего судебного разбирательства по факту их применения. Конечно же, наши сотрудники очень заинтересовано отслеживают все, что происходит на этом поле. В среде профессионалов по-другому и быть не может. Но преодолеть этот синдром боязни одними разговорами или пожеланиями невозможно. Поэтому мы в управлении пытаемся решить эту проблему, привлекая компетентные юридические силы для того, чтобы еще раз изучить все нюансы, касающиеся вариантов применения оружия и спецсредств, рассмотреть судебную практику по уголовным делам, чтобы попытаться выработать единый алгоритм защиты сотрудника в случаях правомерного применения оружия.
- Когда бойцы получат эти инструкции на руки?
- Думаю, через год, поскольку это действительно огромная работа, которая требует серьезного подхода.
- Вы сказали, что "Закон о милиции" в вопросах применения оружия достаточно хорош. Факт ареста и убийства сотрудника наркополиции в Тульском СИЗО, приведенный в вышеупомянутом материале, разве не показателен?
- На мой взгляд, он показателен не потому, что у нас есть несовершенства в законодательстве, а из-за того все-таки, что у нас есть серьезные сбои в объективном рассмотрении происходящего. И это касается не только нашего бойца - есть масса дел, которые говорят о заинтересованности одной из сторон с целью достичь желаемого результата. Каждый человек, который занимается проблемами борьбы с организованной преступностью, знает, что любая наша реализация в области этой борьбы, приводящая к серьезным результатам: аресту лидеров, изъятию крупных партий наркотиков, - вызывает ответную реакцию у преступников. Я называю это термином "криминальное противодействие". Одним из главных элементов криминального противодействия является именно компрометация активных участников процесса с нашей стороны: оперативных работников, следователей - всеми доступными способами. В том числе и руками коррумпированных сотрудников всех правоохранительных органов, а иногда и при помощи нечистоплотных журналистов, представителей СМИ.
Вы знаете о так называемом "деле Ульмана" - сотрудники ГРУ дважды были оправданы, но и без того затянувшийся судебный процесс по этому делу возобновили в третий раз. Хотя группа, выполнившая приказ своего руководства, не может быть виновной, если исполнение приказа было точным. Инициатива, которая проявляется при выполнении боевой задачи, если она приводит к положительному результату, всегда приветствуется. В данном случае инициатива или ответственность, которую взял на себя командир группы, была, что называется, со знаком "минус". Сейчас осудить эту группу на эмоциональном уровне, прислушавшись к мнению людей, которые говорят о том, что погибли невинные сограждане, можно. Но мы создадим очень опасный прецедент, в результате которого как раз будет сковываться инициатива командира группы и будет парализована воля исполнителей этих команд.
- То есть никто просто не захочет служить в спецподразделениях, точно выполнять приказы?
- Совершенно верно. Чем отличается спецназ от общевойскового подразделения? Он выполняет задачу в отрыве и малыми силами. Все ложится на плечи каждого бойца и старшего группы. В том числе ответственность за важнейшие решения - открывать или не открывать огонь из засады. Тут универсальных рецептов нет, знаю только одно: люди должны быть юридически защищены, а их действия не должны служить прецедентами для судебных процессов. Если дело все же доходит до суда, то правильное, корректное, детализированное освещение хода процесса - единственное условие вынесения объективного приговора.
- Какие еще вопросы, отраженные в корреспонденции, вызвали негативную оценку у руководства ФСКН?
- Только отчасти достоверен тезис о суммах денежного довольствия. Указанные зарплаты: по 15 тысяч рублей для рядовых бойцов и по 20 тысяч для старших офицеров спецназа - являются достоверными для территориальных органов спецназа. У сотрудников центрального аппарата зарплаты примерно на 5 тысяч больше. Кроме того, в ФСКН действует система внутриведомственных поощрений в виде ежеквартальных премий, надбавок за сложность и напряженность службы, итоговых выплат по окончании года. Если подсчитать совокупность этих денежных выплат и пропорционально разделить на месяцы, то у каждого к месячной зарплате прибавится еще по 2-3 тысячи рублей. Причем это касается не только боевых, но и оперативных и следственных подразделений. Другой вопрос - достаточно ли этих средств или не достаточно. Спецназ ФСБ, к примеру, действительно получает примерно в 2 раза больше.
- Я уже задавал в том материале вопрос: разве борьба с наркопреступностью в нашей стране менее актуальна, чем противодействие терроризму?
- Когда я занимался борьбой с террором, то искренне думал, что в жизни нет ничего более важного. Однако, увидев масштабы преступности в области незаконного оборота наркотиков, хочу сказать, что с точки зрения угрозы национальной безопасности эта проблема гораздо острее стоит для народа, учитывая ее воздействие на миллионы, на генофонд. Акции террора, страшные по своей сути, могут в более негативном свете влиять на внутриполитическую ситуацию, острее ее дестабилизировать, но в долговременной перспективе наркопреступность гораздо страшнее для нации. На мой взгляд, лучшим и ободряющим признаком переоценки угроз национальной безопасности является недавний указ президента о создании Государственного антинаркотического комитета. Поскольку формирование этого комитета предполагает участие в нем практически всех федеральных министров правительства, а его влияние распространяется на все субъекты Российской Федерации, уверен, работа этого серьезнейшего государственного механизма повлечет за собой улучшение материально-технического обеспечения ФСКН в целом.
